Корабль нес Тигра и Ежика в океанские дали. Шерсть Тигра выгорела на солнце, а полоски, наоборот, загорели и стали еще темнее.
— Тигр, ты похож на тиггерротип, — заметил Ежик однажды утром. — Ты почти белый в черную полоску.
Тигр посмотрел на свои лапы и засмеялся.
— Да, это потому что у нас самое настоящее морское пупешествие, солнце, ветер и соленая вода!
Потом он пригляделся к Ежику. Мордочка у того покрылась коричневым загаром, шерсть на животе тоже выгорела, а иголки побелели от соли.
— А тебя можно макать иголочками в салат, если нужно его посолить.
Звери совсем оморсковолчились. У Тигра был обветренный, но не потерявший свою бархатистость нос, а вместо капитанской фуражки он повязывал голову цветастой пиратской наволочкой. Лапки у Ежика стали более жесткими от постоянной возни с канатами и парусами, под кожей перекатывались маленькие, но твердые мускулы.
— Наверное, мне нужна более тяжелая поварешка! — сказал Ежик. — Я теперь сильный зверь.
— Нет, — ответил Тигр. — У тебя и так прекрасные поварешки, которыми ты любого врага зачерпаешь до полусмерти. И потом, когда мы вернемся, ты опять будешь много копать на огороде, и будешь продолжать быть сильным.
Ежик поймал себя на мысли, что он уже вроде бы и не против вернуться обратно на их с Тигром остров.
Но океан никак не заканчивался, и звери плыли дальше.
Слева по борту виднелся небольшой островок. Ежик посмотрел в подзорную трубу и очень удивился.
— Посмотри, Тигр, там как будто какие-то живые существа, которые собираются на торжественный ужин.
Тигр глянул в бинокль. Перед его глазами появилась целая толпа неизвестных животных с клювами. Они были одеты в белые рубашки и черные пиджаки и смешно переваливаясь бродили по берегу поодиночке и толпами.
— Давай поближе подплывем! Узнаем, что у них за праздник! — предложил Тигр.
Когда корабль подрулил к острову, существа в черных пиджачках столпились кучей и внимательно разглядывали его.
— Привет! — помахал им Тигр.
Несколько пиджачных существ в ответ вяло пошевелили лапами.
— Можно мы ненадолго к вам зайдем?
Существа немножко попятились назад, освободив часть пляжа. Тигр это расценил как приглашение и бросил якорь. Затем схватил тиггерротипический аппарат и перебрался вброд на берег. Ежик стоял на палубе, раздумывая, стоит ли тоже высадиться. Потом махнул лапкой, взял корзину, сложил туда всяких угощений, надел на нее спасательный круг и поплыл от корабля к берегу, толкая перед собой корзинку в круге.
Тигр вовсю тиггерротипировал. Нарядные животные оказались вовсе не в парадной одежде, а просто имели такую расцветку.
— Тоже черные и белые, почти как я, — одобрительно подумал Тигр.
А Ежик в это время расстелил на пляже чистую тряпочку и выложил на нее угощения.
— Вот, пожалуйста, тут сосиски, бутерброды, котлеты! Угощайтесь! — позвал он животных на всезверском языке.
Ветер подул в их сторону и принес вкусные запахи. Один за другим существа начали отделяться от толпы и, потешно перевеливаясь, подходили к Ежику.
— Я Ежик, а это Тигр, вы нас не бойтесь! — сказал Ежик, протягивая сосиску первому подошедшему. И тут же отдернул пока уцелевшую лапу. Потому что неуклюжий зверь внезапно отбросил свою неуклюжесть, вытянул шею, распахнул клюв и выхватил угощение, мгновенно его проглотив.
— Ладно, давайте сами! — и Ежик отошел в сторону, радуясь, что у него по-прежнему есть все пальцы на лапах.
Еды не стало в мгновение ока. Потом один из незнакомцев повернулся к Ежику и сказал:
— Мы пингвины! Мы рыбу любим. Но ты нас вкусно угостил, есть еще такая еда?
У Ежика сперва в голове промелькнул полный камбуз запасов, а потом долгий бескрайний океан. В это время подошел Тигр и ответил:
— Нет, мы угостили вас, чем смогли.
— Тогда вам пора, — пингвины повернулись к зверям спиной и пошли по своим делам.
Ежик с Тигром переглянулись, взяли корзинку в спасательном круге, бывшую чистую тряпочку, продырявленную клювами, и пошли на корабль.
Отплывая, они увидели, что пингвины опять столпились на берегу и общаются между собой, покачиваясь и размахивая маленькими крыльями.
— Надо же! Такие приличные с виду, и такие неприветливые! — покачал головой Тигр, стоя за штурвалом.
А Ежик подумал — как хорошо, что мы с Тигром совсем другие звери!
