Петерс - по происхождению образцовый, хуторской, курземский латыш - на родине позабыт так надежно, как забывают только что-то постыдное
Яков (Екабс, Якобс) Христофорович Петерс был расстрелян в конце апреля 1938-го на подмосковном полигоне "Коммунарка". Сын крестьянина из курляндской глуши, активный участник главной революции XX века, один из создателей самой известной в этом столетии спецслужбы стал в конце концов ее жертвой. Он прожил жизнь персонажем авантюрного романа, шпионского триллера, но в советскую историю вошел в унылом казенном амплуа, а из латвийской оказался тщательно стерт.
Дважды не герой
Для кого-то его фамилия - символ красного террора, а для выросших в Иманте рижан - топография детства. Выходцам из этого спального района зампред ВЧК почти родной. "На Петерса" они садились на 41-й автобус, "на Петерса" был магазин, памятный старожилам под названием "Мавзолей". Бюст Петерса стоял тогда на Эспланаде, называвшейся парком Коммунаров.
Потом Петерс из Риги исчез. Улицу в Иманте переименовали в Клейсту, а фланирующие по Эспланаде теперь равнодушно поглядывают на памятники не тем, кто пытался установить в Риге советскую власть, а тем, кто с ними боролся, - например полковнику Калпаксу.
Петерс - по происхождению образцовый, хуторской, курземский латыш - на родине позабыт так надежно, как забывают только что-то постыдное. Он ведь не просто из латышей-революционеров, которых так много было в руководстве российских социал-демократов и большевиков, а из латышей-чекистов, организаторов и исполнителей государственного террора.
Более того, именно благодаря Петерсу, заместителю Дзержинского, образ ВЧК приобрел отчетливые прибалтийские черты (бесстрастный блондин с акцентом и маузером - фигура типическая): второе лицо в карательном ведомстве активно привлекало на работу в нем своих земляков.
После смерти Петерс был забыт дважды. При Сталине его имя запретили упоминать, а изображение вырезали из фотографий хроники. Реабилитированный при Хрущеве, он стал частью тоскливого исторического официоза, вместе с которым и пошел на списание после краха советской власти.
Во всем этом видится и поучительный парадокс, и обидная несправедливость. Не с точки зрения морали (кем-кем, а праведником видный каратель-чекист не был точно), а с точки зрения литературы и кино, нуждающихся в ярких персонажах.
Потому что Яков Петерс - авантюрист, боевик, сердцеед, искатель приключений, отстреливавшийся от лондонской полиции, влюблявший в себя представительниц британского высшего света, перехитривший Черчилля и громивший туркестанских басмачей - клад для литераторов и сценаристов. Готовый колоритный герой - пусть и с приставкой "анти".
Петерс: начало
В том варианте собственной биографии, что предназначался для партийного использования, Петерс, родившийся в 1886-м под Айзпуте, утверждал, что он из бедняков и батраков. Однако американской журналистке представлялся сыном зажиточного кулака, и вообще, как положено авантюристу, задал исследователям будущего немало загадок, включая детективные.
К криминальному жанру биография Петерса начинает тяготеть еще во времена революции 1905-1907 годов, когда его, молодого социал-демократического активиста, обвинили в покушении на жизнь директора бастующего завода. Рижский суд его тогда оправдал, как будут оправдывать потом буржуазные суды других стран: к этому ловкачу и баловню судьбы безжалостен окажется только суд пролетарский.
Английская гастроль
В 1909-м Петерс эмигрирует в Германию, а потом в Лондон - с пустыми карманами и не зная ни слова по-английски. Несмотря на это, ему уже через несколько месяцев удастся убедить в своей невиновности местную полицию, проверявшую Петерса на причастность к убийству двух "бобби".
Тогда, в декабре 1910-го, полицейский наряд прибыл на улицу Хаундсвич: тамошний ювелир жаловался на странный шум по соседству. Дверь полицейским обитатели подозрительной квартиры открыли, но лишь затем, чтобы в темном коридоре встретить их ураганным огнем. Полиция потеряла двоих убитыми и троих ранеными, стрелки скрылись. Выяснилось, что они действительно долбили стену, намереваясь ограбить ювелира, и что жила в квартире группа латышских левых радикалов, возглавляемая неким Петером-Художником - Peter the Painter.
Петерса, кузена одного из съемщиков "нехорошей квартиры" и владельца пистолета, из которого стреляли в констеблей, допросили, но таинственного Художника вычислить не удалось. Вскоре полиции донесли, что убийцы с Хаундсвич скрываются в доме №100 по Сидней-стрит. Знаменитой впоследствии "Осадой на Сидней-стрит" 3 января 1911-го, в которой принимали участие сотни полицейских, Шотландская гвардия и полевая артиллерия, лично руководил тогдашний министр внутренних дел, будущий премьер Уинстон Черчилль.
Силовикам противостояли не то двое, не то трое латышей. Осажденный дом сгорел, двое боевиков погибли, но Петера-Художника опять не поймали.
Революция в сердце
Начались облавы на латышских эмигрантов-леваков, в числе обвиняемых на громком процессе оказался и Петерс. Просвещенная британская публика болела за жертв российского "кровавого режима".
В защиту их страстно выступала журналистка, писательница и скульптор Клэр Шеридан - двоюродная сестра сажавшего латышей Черчилля. Обвиняемых оправдали за недостаточностью улик. Петерс сделался звездой лондонских салонов, закрутил роман с Клэр, но скоро бросил ее ради дочери банкира Мэйзи Фримэн.
Женившись на Мэйзи, он возглавил крупный отдел богатой торговой компании (тесть-банкир признавал: "У парня бульдожья хватка"). Однако после Февральской революции в России сразу отправился на родину, успел отметиться в политической жизни Риги, пока ее не заняли немцы, а в октябре 1917-го был уже членом Петроградского военно-революционного комитета.
С холодной головой
Петерс, один из создателей и руководителей ВЧК, раскрыл заговор Локкарта и участвовал в подавлении мятежа левых эсеров, вел дело Фанни Каплан и разгромил "Союз защиты Родины и Свободы" Бориса Савинкова. Утвердил расстрельный приговор четырем великим князьям. Во время Гражданской сменил множество военных, административных и карательных постов, включая даже начальника туркестанской ЧК. В Средней Азии Петерс среди прочего успешно боролся успешно с Энвер-пашой, турецким националистом, идеологом геноцида армян и предводителем басмаческого мятежа. Во главе вооруженного отряда сопровождал в Персию дипломата Федора Ротштейна.
Авантюристы, пережившие свое время, расплачиваются за долголетие индивидуальностью. Последняя глава биографии Петерса описывает карьеру типичного крупного чиновника: чекистского, потом партийного - с характерным финалом в эпоху Большого террора. Но послесловием к этой биографии остаются все-таки не казенные величания застойных времен и не нынешнее стыдливое молчание, а интригующие, так и не разгаданные загадки. Ведь до сих пор доподлинно неизвестно, кто был тот Петер-Художник, так и не пойманный Черчиллем.
Латвия: интересные факты и важные люди - в этой подборке Sputnik >>