Есть произведения искусства безусловные — они сразу поражают, потрясают, производят эффект открытия. Такие произведения всегда возбуждают интерес ко всему, что с ними связано и, конечно, хочется узнать имя того, кто это создал.
Так у меня было, когда я впервые увидела портрет, который называют "Портной".
Воздействие произведения искусства на сознание человека — это таинство, а таинство есть явление необъяснимое. Но человек всегда стремится всё объяснять, а если сталкивается с необъяснимым, то рад просто об этом поговорить.
Это самая известная работа Морони. Мы видим молодого человека, который занят раскроем ткани. Художник застал его именно в это время, он его отвлёк, заставил повернуть голову и поднять взгляд от стола, на котором лежит приготовленная ткань, чтобы из эпохи Возрождения он посмотреть на нас, смотрящих на него из нашей безумной эпохи, у которой есть все шансы стать эпохой Вырождения.
Морони запечатлел это пересечение взглядов навсегда. И это не только взгляд, это собеседование, связь. На портретах Морони реальные люди, ведущие с нами разговор. Они явно ждут нашего ответа.
Мне думается, что вот эта способность создавать особую вневременную связь между зрителем и человеком на портрете была особенностью таланта портретиста Морони.
В мире известны 125 картин, которые считаются работами этого художника, жившего и работавшего в XVI веке в Бергамо, бывшего тогда в составе Венецианской республики. Портретная живопись была главной специальностью Морони. Из известных картин его работы только 15 являются женскими портретами, но портретами великолепными. Одним из лучших, на мой взгляд, является вот этот:
Этот портрет находился в частной коллекции и считался одним из лучших портретов, находившихся в частных руках. Нахождение картины в частной коллекции делает её практически недоступным сокровищем. Нередко коллекции буквально хоронят произведение искусства.
В 2019-ом портрет среди других картин Морони был выставлен в галерее Фрик в Нью-Йорке в рамках тематической выставки «Морони: богатство портретной живописи эпохи Возрождения», где привлёк внимание посетителей, являясь одним из самых ярких её экспонатов.
В январе 2023-го года картина после смерти Ассадура Тавитяна по его завещанию была подарена музею и стала частью коллекции Фрик. Это был уникальный и потрясающий дар. По заявлению дирекции галереи Фрик, портрет работы Морони стал «самой значительной картиной итальянского Возрождения, которую музей приобрел за последние более полувека».
Явная эмоциональность женщины на этом портрете не вяжется с привычным образом женщины XVI века. Ведь даже в портрете Джоконды, являющейся едва ли не самой высокой ценностью в ряду женских ренессансных портретов, искусствоведами в первую очередь подчёркивается её исключительная черта, свидетельствующая о проявлении её личности — еле заметная улыбка.
Ничего доподлинно не известно о женщине, изображенной на этом портрете (Ил. 03), кроме авторства и приблизительного времени его создания. Какие-то версии сведений о ней мы можем извлечь из её облика. Сам факт написания портрета говорит, что это представительница обеспеченных слоёв общества. Однако нельзя с уверенностью сказать, что она принадлежала к аристократии. С таким же успехом она могла быть из торгового сословия или из семьи богатого ремесленника.
Мы привыкли, что ренессансные портреты отличались от портретов более поздних веков прежде всего тем, что они не содержали психологического аспекта личности портретируемых. Портрет в эпоху Возрождения представлял собой изображение различных концепций, статусов портретируемых моделей.
Женщина эпохи Возрождения изображалась не с лицом, а скорее с ликом, прекрасный взгляд которого если и был обращен на зрителя, то оставался взором бесстрастного и равнодушного божества.
У Морони мы видим не модель, не миф, не образ, а реального живого человека. Художник верен себе в исключительном внимании к деталям, особенно к одежде, сшитой из красивых дорогих тканей, и к украшениям. Всё говорит о богатстве и моде: розовое платье, расшитое золотыми и серебряными нитями, белый кружевной воротник тонкой работы, жемчуг, кораллы, золото украшающие её платье, уши и волосы.
Но главное в этом портрете — это вызывающий взгляд, таящий в себе заданный вопрос и ожидающий ответа. Замечу, что спектр выражений, таящихся в этом взгляде, весьма широк. Кому-то он кажется презрительным, кому-то надменным, а кто-то усмотрит в нём защиту достоинства... Каждый видит своё, но никто не остаётся безучастным.
Иначе обращается к нам молодая женщина с чёрным веером.
Наряд этой незнакомки тоже великолепен. Он украшен бисером и жемчугом. Чёрный веер, декорированный изображениями птиц, имеет длинную золотую цепочку; на пальцах мягких и нежных рук его хозяйки блистают кольца, на атласной ленте на шее висит драгоценный кулон. Пышный кружевной воротник и такие же манжеты в сочетании с красной набивной тканью платья тоже говорят о богатстве.
Но в её взгляде нет того вызова, ожидания или дерзости, которые чувствуются в облике незнакомки с предыдущего портрета (Ил. 03) . Однако и бесстрастной незнакомку с веером никак нельзя назвать — у неё просто другой характер.
Есть мнение, что в эпоху Возрождения женщинам для большей привлекательности модно было брить волосы на лбу и брови.
На обоих портретах Морони (Ил. 04 и 07) незнакомки, такие разные, имеют общее в прическах — их лбы обрамлены мелкими завитками кудряшек. Возможно, они отказались от бритья, а отрастающие короткие волосики завивали. Но выглядит этот способ укладки волос очень мило: одновременно задорно и трогательно.
Эти два портрета объединяет молодость, красота и богатство запечатлённых художником особ.
Совсем иначе выглядит на портрете работы Морони женщина в возрасте.
Картина входила в коллекцию Маркантонио Фермо Грумелли, который в 1817-ом году передал её и еще два портрета графу Пьетро Морони, потомку художника. Семья Морони с середины XVI века жила в Бергамо. В XXI веке в палаццо, принадлежавшем семье Морони, был открыт музей.
Этот портрет искусствоведы связывают с последними годами жизни Морони, умершего в 1578-ом году в возрасте около 58-ти лет. В отношении личности женщины, изображенной на этом портрете, существует предположение, что это могла быть Медея Росси (1515-1590), третья жена Маркантонио Грумелли и мать Джованни Джероламо Грумелли.
Пожилая женщина сидит на деревянном стуле, получившем название «дантеско». В отличие от молодых особ выше, она одета строго, и её чёрное платье лишено каких-либо украшений. Кстати, ткани чёрного цвета были очень дорогими. Её одежда выдержана во вкусе и моде, соответствовавшим последствиям влияния Контрреформации на женский костюм конца 1570-х годов. На её строгом чёрном платье выделяется белый кружевной гофрированный воротник и такие же манжеты.
Фон портрета тёмный и художник виртуозно играет на оттенках чёрного за счёт освещения расположенного несколько по диагонали стула «дантеско», на котором она сидит.
Её руки спокойные и не натруженные. В левой руке, лежащей на коленях, она сжимает тонкие светлые перчатки, а в правой держит книгу, страницы которой заложены указательным пальцем. Это производит впечатление, что она недавно читала и, оторвавшись от чтения, задумалась о прочитанном или о чём-то своём, когда её взор, остановившись, обнаружил нас, смотрящих на неё из XXI века.
Если предположение искусствоведов верно, и на портрете (Ил. 08, 09) Морони изобразил Медею Росси, то на Ил. 10 представлен её сын — Джованни Джероламо Грумелли, или как его окрестили искусствоведы, «Рыцарь в розовом». Это предположение основано на том факте, что оба портрета работы Морони происходят из коллекции Маркантонио Грумелли.
Джованни Баттиста Морони оставил после себя множество прекрасных портретов современников. В этой галерее портретов примерно в пять раз больше, чем количество портретов такого прекрасного художника, как Тициан. Они были современниками.
В числе портретов Морони немало тех, где портретируемые изображены сидячими, есть и более дорогие работы — в полный рост. Эти люди эпохи Возрождения предстают перед нами в своей лучшей одежде и со своим самыми любимыми украшениями.
Портретируемые хотят произвести на нас впечатление, и это им удаётся. Шелк и парча блестят. Блики золота и серебра контрастируют и усиливают узоры на красных, розовых, зелёных,.. чёрных тканях. Вместе с богатством и властью они показывают нам свою уверенность, которую женщины усугубляют слегка приподнятой бровью или веером, а мужчины — мечом, рапирой, ножницами, слегка согнутым коленом и динамичной позой, указывающей на готовность к делу и борьбе.