Как говорится: «не сотвори себе кумира», но есть народный артист России, который меня поражает своей стойкостью, внутренней силой и чертовским обаянием. Это – Николай Цискаридзе.
Я начала свой блог с цитаты книги Паустовского «Колхида». Сегодня привожу цитаты из книги Николая Максимовича «Мой театр».
Откликаются эти цитаты у вас? Давайте обсуждать.
Слова работника канцелярии Лидии Ивановны Николаю Цискаридзе:
«… Когда я приходил в канцелярию в плохом настроении, Лидия Ивановна говорила: «Бери пример со своего педагога. Когда Марину Тимофеевну очередной раз не пускали за границу, на следующий день она приходила в театр в новом платье, с новой прической, подтянутая, как будто ничего не случилось. Она и виду не подавала, что расстроилась.»
О случае в Парижской опере
«…Поскольку 4 января у меня была последняя «Баядерка», 2 января я пошел репетировать. В коридоре, на входе в Парижскую оперу, были вывешены несколько весьма комплиментарных в мой адрес рецензий. Обо мне там было хорошо написано. Заканчивалась статья тем, что напоминала о еще двух моих «Баядерках», кроме того, меня тепло поздравляли с днем рождения, а в конце стояло «a bientot», то есть до скорого свидания. Когда я входил в театр, статья находилась на месте, когда я выходил из театра, статья уже была содрана. Я подумал: «Значит, действительно, успех! Удалось!»
Один разговор Николая Цискаридзе с Мариной Семеновой
«… Как-то раз, после класса, мы с Мариной полдничали в театральном буфете. Разговаривая со мной, она всегда внимательно следила за сидевшими и входившими. И тут в буфет зашла пожилая смотрительница какого-то этажа. Марина вдруг встрепенулась: «Ой, Коль, смотри, какой божий одуванчик!» Я хмыкнул, а про себя прикинул, что Марина, которой в тот момент уже исполнилось 94 года, была лет на тридцать старше той смотрительницы. «А знаешь, почему я – не божий одуванчик?» - вдруг сказала она, словно прочитав мои мысли. «Почему?» - «Меня не сдуешь!»