— Я, детка, хорошо разбираюсь в людях. К Валерке особый подход нужен, просто задом повилять не выйдет. Ему нужна женщина особенная – та, что не побоится за ним в огонь и в воду. Верная нужна. И порядочная. Заслужи его доверие, и он твой!
С Валерием Антоновичем Лонка жила в одном подъезде. Она вежливо здоровалась с ним в лифте, приветливо улыбалась, если видела его, традиционно выгуливающего рыжую собачку, на другой стороне улицы, самостоятельно упаковывала продукты в пакет, если он заходил в магазинчик, где она работала. И каждый раз, когда Лонка встречалась с мужчиной, ее сердце пело в груди, и весь оставшийся день ей хотелось танцевать.
Иногда девушка специально подстраивала эти встречи. Выучила расписание его прогулок с непоседливым лабрадором по кличке Шпунтик и подолгу задерживалась у подъезда после работы, при каждом писклявом сигнале домофона усиленно делая вид, что ищет в сумочке ключи или телефон. Для окрыленно-блаженного состояния ей требовалось всего лишь мельком увидеть его гладко выбритое лицо. А когда он замечал ее и с доброй улыбкой хрипловатым голосом произносил короткое «Здравствуйте, Илона», все внутри будто бы обрывалось.
Кроме этих слов Валерий Антонович произносил и другие, но Лонка терялась и отвечала односложными, будто заученными фразами, мысленно проклиная себя за робость и слабость. Иногда он спрашивал, как прошел Лонкин день, иногда хвалил погоду, а когда-то раз даже отвесил девушке такой красивый комплимент, что та мгновенно зарделась и смущенно уставилась в пол. Этот день запомнился особенно хорошо. И то платье, в котором Лонка была в тот день, стало ее любимым.
— Ты, детка, слишком застенчива, — как-то сказала Вера Николаевна, полноватая любвеобильная женщина, у которой Лонка снимала комнату.
В тот момент девушка застыла на кухне у окна, провожая тоскливым взглядом спину Валерия Антоновича.
— О чем это вы, теть Вер? — покраснела Лонка, оторвавшись от окна и сминая подол платья в руках.
— О том самом! — громко рассмеялась женщина, сметая с разделочной доски в бурлящую кастрюлю кружочки моркови. — Валерка – мужик хороший, но боязливый. Первым не подойдет. И не на каждую клюнет. Нужно брать дело в свои руки.
— Что вы такое говорите? — пролепетала Лонка, опустив взгляд. — Я и не думала…
Тетя Вера закатила глаза.
— Не думала, как же. Я, детка, хорошо разбираюсь в людях. К Валерке особый подход нужен, просто задом повилять не выйдет. Ему нужна женщина особенная – та, что не побоится за ним в огонь и в воду. Верная нужна. И порядочная. Заслужи его доверие, и он твой!
— Но как? — еле слышно спросила Лонка.
Тетя Вера сверкнула глазами и лукаво улыбнулась.
— Выжидай, — сказала она. — Имей терпение. Ты поймешь.
Лонка не поняла. По крайней мере, поначалу. А потом случилось нечто удивительное. Валерий Антонович первым окликнул ее.
— Илона, как хорошо, что я вас встретил! — запыхавшийся взволнованный мужчина догнал девушку у самого подъезда и даже легонько сжал ее плечо.
Лонка от неожиданности округлила глаза и застыла, как статуя.
— Шпунтик пропал, — с горечью сообщил Валерий Антонович. — Потерялся. Гулял с ним по парку, выпустил, а он припустил за кошкой. Три часа искал – все без толку. Вот объявления распечатал, — мужчина помахал стопкой бумаги в воздухе. — Не поможете расклеить?
— Конечно же, — закивала Лонка, осознав всю серьезность проблемы. — Давайте половину.
— Вы – ангел! — выдохнул Валерий Антонович.
Лонка еще долго прокручивала в голове эту его фразу. Она любила животных. Хоть у нее и не было возможности держать дома питомца, она прекрасно понимала чувства Валерия Антоновича и искренне хотела ему помочь. Объявления расклеила быстро. Еще несколько часов просто бродила по округе, опрашивая прохожих. Результата это не принесло никакого, но просто пойти домой Лонка не могла. Все думала о том, каково приходится бедному Валерию Антоновичу, как он беспокоится, не находит себе места… Просто невыносимо.
Парк Лонка обошла дважды. Во время повторного обхода начал накрапывать дождик, и девушка совсем поникла. Она почти заставила себя пойти домой и приступить к поискам, когда рассветет, и тут вдруг услышала странный звук. Что-то хрустело. Лонка замерла и прислушалась. Хрустело в кустах. Людей поблизости не было, даже припозднившихся собачников разогнала испортившаяся погода. Лонка нерешительно пошла на звук. С бухающим в груди сердцем раздвинула ветки куста и резко отпрянула. Дошло секунд через пять. На этот раз Лонка смело подошла к кусту.
— Ах ты, сорванец! — прикрикнула она. — Шпунтик, быстро ко мне! Господи, как изгваздался. Плюнь! Плюнь это. Что это, кость?
Упирающегося грязного лабрадора тащить до квартиры Валерия Антоновича было непросто, однако Лонка справилась. Взмыленный мужчина распахнул дверь, едва девушка нажала кнопку звонка. Видеть Валерия Антоновича радостно обнимающим своего непутевого пса оказалось чудесно. Даже лучше, чем Лонка предполагала.
— Я сделаю все, что вы попросите, — объявил Валерий Антонович, закончив с благодарностями. — Честно. Всё, что угодно!
Лонка на это только улыбнулась.
— Ну же, не молчите. Скажите, что вы хотите, и вы это получите.
— Самоуверенное заявление, — игриво ответила Лонка, поражаясь самой себе. — Мне нужно подумать.
— И думать нечего! — громогласно выдала тетя Вера, когда девушка вернулась домой и пересказала ей всю историю. — Замуж просись!
Лонка не стала слушать, что еще скажет тетя Вера. Ей хватило. Она прошмыгнула в свою комнату и рухнула на кровать, глядя в потолок, но представляя светящееся и уверенное лицо Валерия Антоновича. То самое выражение, с которым он смотрел на нее, предлагая сделать всё, что она захочет.
На следующий день Валерий Антонович зашел в магазинчик и по традиции улыбнулся Лонке, стоящей за кассой.
— Добрый вечер, Илона, — сказал он.
— Ужин! — выпалила та вместо ответного приветствия.
Валерий Антонович приподнял одну бровь и убрал руки от корзинки, за которой тянулся.
— Ужин сегодня вечером, — повторила Лонка, поправляя прическу. — У меня. Тетя Вера уехала навестить дочь.
— Вы серьезно? — Валерий Антонович сделал шаг к кассе и отчего-то нахмурился. — Это то, чего вы хотите?
Лонка только кивнула, скользнув взглядом по недовольному, как ей показалось, лицу мужчины. Настроение мигом испортилось, и девушка даже была рада внезапно выстроившейся к ней очереди.
Когда она закончила с покупателями, Валерия Антоновича уже не было.
Ужин она все-таки приготовила, но без особого энтузиазма. Реакции мужчины была красноречивее любых слов. Ужинать он с ней не хотел. Наверное, она была не в его вкусе. Еще бы. Такой мужчина наверняка предпочитает ходить по ресторанам с миниатюрными ухоженными девушками кукольной внешности, а домашний ужин с обыкновенной Лонкой его не прельщает. Не надо было вообще приглашать его! Правильнее было бы вовсе проигнорировать его предложение, высказанное бездумно, на эмоциях. Может, пойти к нему и отказаться от своих слов, пока не поздно?
Хотя нет! Так не пойдет!
Лонка вдруг рассердилась и агрессивно проткнула вилкой благоухающую курицу. Пусть приходит. Пусть ест эту дурацкую курицу, с кислой миной поглядывая на часы. За язык его никто не тянул, раз обещал – пусть выполняет. «А я буду смотреть на него и вычеркивать из сердца и его добрую улыбку, и возмутительно красивые глаза, и голос его этот пронизывающий до костей, — думала Лонка, расставляя тарелки. — Пусть приходит. Пусть. Это будет прощальный ужин. Прощаться с любовью нужно красиво».
Когда позвонили в дверь, Лонка как раз снимала со стены часы (уж очень ей не хотелось, чтобы он на них косился) и чуть не упала с табурета от неожиданного звука. Она успела здорово себя накрутить и не заметила, как растрепались волосы и раскраснелось лицо. Несколько минут она металась по кухне, не зная, куда деть проклятые часы. В итоге швырнула их в свою комнату на кровать и бросилась открывать дверь.
— Добрый вечер, — еще раз поздоровался Валерий Антонович.
— Проходите, — Лонка изо всех сил старалась показаться равнодушной.
Опустив глаза, она с ужасом обнаружила, что забыла снять фартук и принялась возиться с завязочками за спиной. Валерий Антонович тем временем зашел в квартиру, снял обувь и отправился мыть руки. Лонка мрачно смотрела ему в спину. Как всегда неотразим, чтоб его! Чистоплотный такой, блин.
Ужин проходил спокойно. И тихо. Валерий Антонович с удовольствием ел и даже ни разу не глянул на наручные часы, которые Лонка сразу же заприметила и чуть было не взвыла. У нее аппетита не было, поэтому она, как и планировала, таращилась на мужчину и мысленно приказывала себе искать в нем изъяны. Нашелся только один. Подняв глаза и заметив, с каким бешенством Лонка пожирает его глазами, мужчина опрокинул стакан с водой и виновато потупился.
— Извините, — буркнул он, когда девушка подорвалась за тряпкой.
— Угу, — хмыкнула Лонка, вытирая лужу со скатерти.
— Правда, простите. Это вышло случайно.
— Простите, извините, — передразнила его Лонка и со злостью швырнула тряпку в раковину, стоящую в углу. — За что это? Уж ни за то ли, что вечно мельтешишь перед глазами весь такой обворожительно-прекрасный? Или за то, что я не в твоем аристократическом вкусе? А может за тот случай, когда предложил мне сделать все, что я захочу?
— Н-нет.
— Не прощу! — проорала Лонка прямо мужчине в ухо, гордо прошествовала до своего табурета, уселась и закинула ногу на ногу.
Сразу полегчало. И на ошарашенное лицо Валерия Антоновича смотреть было забавно. Появился аппетит. И вообще ужин стал поинтереснее.
— Давайте поедим, — сказала Лонка и вцепилась в вилку, — и забудем об этом.
— Вряд ли получится, — отозвался Валерий Антонович. — Я не знал.
— Что? — пережевывая курицу, уточнила Лонка.
— Что я тебе нравлюсь. Я ведь старше и намного. Ты – красивая молодая женщина, Илона. Ты заслуживаешь гораздо большего.
— Я могу сама решить, что мне нужно, — отложив вилку, заявила Лонка. — И… сколько тебе? Тридцать? Тридцать два?
— Тридцать пять.
— О. Ну всё. Покиньте, пожалуйста, этот дом, достопочтимый старец.
Валерий Антонович рассмеялся. Лонка сверкнула глазами. Валерий Антонович потянулся к ее руке. Лонка ничего не имела против.
— Ты сводила меня с ума, — шепнул мужчина. — Думаешь, мне правда нужно столько продуктов?
Щеки Лонки порозовели. От прикосновения мужчины, от его хриплого голоса, от его откровений по спине бежали мурашки.
— Знаешь, когда ты позвала меня, я до смерти перепугался. Не знал, как вести себя. Все думал, не шутка ли это? Илона…
— Зови меня Лонка, — тихо сказала девушка. — Так меня зовут родные.