Пасхальная проповедь древнего церковного писателя (PG 59, 723-724)
Пасха духовная
Мы почтили торжественным воспоминанием Пасху, явившуюся причиной спасения всех людей, начиная от первого человека, равно вкусившего плодов её и возвращенного к жизни. Минувшие времена и события установлены были в прообразование и обетование вечной действительности, ибо в них сокрыто было изображение истины, ныне нам явленной. Теперь же, когда истина была нам дана, образ должен уступить место своё, ибо, когда царь грядёт, - никто не отступит от него живого, дабы почтить образ его. И здесь мы явственно видим разность образа и истины: образ являл нам сохранение временной жизни первенцев Израилевых, истина же приносит всем людям жизнь вечную.
Нет ничего великого, если до времени лишь избегнет смерти тот, кому и так вскоре после сего суждено умереть; но дело великое, когда избегают смерти вовек, сие же и есть удел наш, ибо Христос нас ради принесён был в Жертву, как Пасха наша.
Само уже имя сего праздника указует на его значение, если прозрим истину, в ней заключённую. Слово "Пасха" означает шествие ангела смерти, поражавшего первенцев египетских, но миновавшего дома Израильтян. Сие пришествие ангела смерти соделалось истиною и нам, ибо он оставил нас невредимыми и воскресшими к жизни вечной.
Пасха и спасение первенцев почитались началом нового года. Что означает сие, когда мы стремимся уразуметь истину? То, что и для нас жертва Пасхи истинной есть начаток жизни вечной.
Ибо год есть образ пребывания, что творит как бы замкнутый круг, неизменно повторяемый и не имеющий конца. Но Христос, Отец будущего века, заклан был ради нас и отменил прежнюю нашу жизнь, и в водах возрождения, уподоблением смерти Его и воскресения, подал нам начало жизни новой.
Итак, пусть каждый знает, что Жертва пасхальная принесена была ради него самого, и что начало жизни его полагается в то мгновение, когда Христос принёс себя в Жертву за него. Тогда же она и приносится за него, когда он осознает сию благодать, разумея, что ею рождён он к жизни.
Зная же о сем, каждый да спешит принять сей начаток жизни новой и да не возвращается более к жизни прежней, коей положен конец. Ибо "если мы умерли для греха: как же нам жить в нём?"