Придя как-то к своей подруге в гости, Надежда не застала её дома. Сидя в ожидании в удобном кресле, Надежда заметила толстую книгу, лежащую на журнальном столике. С ленивым любопытством она взяла её в руки. Ух ты тяжёленькая, подумала Надежда, и кто же это такое читает? На обложке книги крупными красными буквами было написано женский менеджмент. Это точно Алина, решила Надя, Виталик таких глупостей не читает. Да и автора какой-то иностранный фамилию не разберёшь. От нечего делать она раскрыла книгу. Поговорим о некоторых женских тайнах, которые к месту или к месту это будет сказано, известны всему свету, но от этого не стали менее интригующими, таинственными, волнующими... Эти тайны относятся к тому, что можно было назвать женским искусством управлением мужчиной. Отсюда и самом название: женские менеджмент. И чтобы всё это не выглядело так, будто мужчина выдает их, или даже торгуют ими в разнос, слово для разговора в этих самых тайных тем самим женщинам. Представим что разговор ведут две женщины, именна которых, ну скажем, Катрин и Эвелин.
Почему именно такие именна? Да какая разница? как бы женщину ни звали она всё равно остаётся женщиной.
Сделаем и второе допущение. Пусть например Эвелин пришла к своей более многоопытной подруги со своими проблемами. Какие проблемы могут быть у женщины? конечно же с мужчиной... или с мужчинами. Во всяком случае именно вокруг этой темы будет всё время вертеться этот разговор.
Для того, чтобы было достигнуто полное правдаподобие, конечно же, нельзя пройти мимо того, как эти женщины выглядят, как они одеты, какие у них украшения, каков их макияж. Но тогда, скажем прямо, по поводу уже одного этого разговора можно было бы написать целый роман, ну, а если не роман, то уж повесть это точно. Автор далёк от того, чтобы заподозрить в себе такие способности, и поэтому решил ограничиться воспроизведением диалога, не отвлекаюсь на всё остальное. Но это, без сомнения, не означает, что всё остальное является менее важным. Если уж говорить совершенно откровенно, глядя правде в ее ясные очи и никуда не отворачиваясь ни под каким предлогом, то в женщине нет ничего такого, что может быть менее важным или более важным. Или, по крайней мере, нет такого, что может быть таковым для всех, во все времена и при всех обстоятельствах.
Катрин: Дорогая моя, я тебе сегодня не узнаю. Что произошло, у тебя такое потерянный вид?
Эвелин: Ах, да я и сама не знаю... что-то не так, что-то не так...
Катрин: расскажи мне. Ты же знаешь, как важно выговориться, облегчить душу... Может, я чем-то смогу тебе помочь.
Эвелин: правда, я не знаю, с чего начать... впрочем,ты права. Мне обязательно нужно с кем-то поделиться... или я совершу какой-то поступок, о котором потом придется пожалеть. Всем пожалеть... понимаешь, я долго пребывала в состоянии какой-то безоблачной и абсолютной уверенности в том, что так будет всегда. И когда кто-то из моих подруг жаловался на свои проблемы, Мне казалось, что всё это возможно в каком-то другом мире. Но только не в моём. Короче говоря...
Катрин: Короче говоря ты подозреваю что твоего мужа есть женщина.
Эвелин: Как ты думаешь?
Катрин: о, дорогая моя, Для этого не требуется какая-то особенная проницательность. Увы, Но это прямо-таки написано на твоём лице. Боюсь что каждый второй прохожий на улице смог бы это прочесть. Не говоря уж обо мне, я-то знаю тебя уже давно. И Так, расскажи мне всё, что считаешь возможным рассказать. Я не гарантирую тебе от всего этого особой Но то что вреда от этого не будет, это уж точно. Во всяком случае, ты сможешь посмотреть на всё это как бы со стороны. Одно это никогда не бывает вредным. Но...
Эвелин: понимаешь, я давно стала как-то смутно чувствовать, что наш брат как бы сказать заболел, что ли: сначала у меня не было никакой уверенности, но я как-то чувствовала догадывалась, то здесь дело не только во мне, и не только в нём. Появился кто-то третий. Она. Она существует.
Катрин: и все же... у тебя есть какие то факты?
Эвелин: да какие там факты, просто с самого начала я почувствовала что Анри сильно изменился. Причём, он изменился как то сразу, внезапно.
Катрин: пожалуйста расскажи об этом подробнее, понимаешь тут уже интересуют не столько какие-то факты, сколько твои эмоциональные оценки. Что ты чувствовала?
Эвелин: тебя действительно интересует именно это? Странно...
Катрин: в этом нет ни чего странного... о чем мы сейчас с тобой говорим? о твоём женском мире. А в этом мире нет ни чего более важного, чем твоё эмоциональное отношение к вещам важнее самих этих вещей. Разве ты сама этого не понимаешь?
Эвелин: да пожалуй ты права!
Катрин: скажи, ты испытала чувство ревности, обиды, тревоги?
Эвелин: да, все это так. Это была целая гамма чувст. Но прежде всего это было удивление. Я думала, что со мной? Мне было не по себе...
Катрин: признайся, что после стольких лет бланомолучного брака это «не по себе» тебя так же взволновало, как переживания в далёкий период влюблённости...
Эвелин: пожалуй ты права. Я даже думаю, что эти переживания были едва ли не более сильными. Я думала о муже: что с ним, почему он изменился? Раньше он каждый вечер рассказывал мне о своих успехах и неудачах, говорил о том, кого пострадал, с кем о чем говорили, делился планами и мечтами. И вдруг...
Катрин: ни чего не бывает вдруг... все имеет свою причину, просто ты, видимо, раньше не продавала значение каким-то мелочам, каким-то нюансах. А они копились, пока не достигли критической массы. И когда ты почувствовала, наконец, какое-то изменение, какую-то прохладу в отношении, то у тебя, конечно, сразу возникло желание устроить домашнюю разборку. Так ведь?
Эвелин: да, скажу прямо, мои нервы не выдержали и я была готова... к чему я только была не готова. Я была готова следить за ним, я хотела проверить, нет ли на его носовой платье следов губной помады, я была готова подступах выяснять, где и с кем он провел время.. это все так унизительно...
Катрин: не расстраивайся, ты здесь не исключение, а скорее подтверждение общего правила. Это первый и естественный позыв любой нормальной женщины. И все это хорошо, кроме одного, ни к чему хорошему это не приведёт. Давай прежде всего разберёмся с тем что ты хочешь. Итак, по твоим смутные предчувствиям, в твоей жизни появилась она, другая женщина. Во-первых, разберись со своими предчувствиями, может онр тебя просто обманывают, может, ты стала мнительной. Во-вторых, если я тебя правильно понимаю, у тебя нет для тех действий, о которых ты говорила, не только причины, но и повода. И наконец, решила доя себя, чего ты добиваешься, понять, исправить, сохранить, разрушить, наказать, постоять за себя... но мой тебе совет, лучше все таки начать с понимания. А то как бы не наказать саму себя. Во всяком случае, не с какими-то действиями. Судя по всему, тебе пока нечего рассказать.
Эвелин: ты права, у меня кроме предчувствий ни чего нет, но ведь они меня так тяготят.
Катрин: воля твоя, но я заклинаю тебя, воздержусь от домашних сцен, скандалов, слез. Они только испортят дело. Ведь скандалами и слезами невозможно привязать к себе человека. Его скорее всего, так можно оттолкнуть. Давай вернёмся к этой теме, когда ты сама разберёшься с тем, что ты хочешь, и что есть на самом деле.
Продолжение следует...