МАДОННА У АЖУРНОГО МОСТА

Мадонна у Ажурного моста

Ну и толкотня! Ни одного свободного пьющего в баре. Вокруг каждого, пихаясь и сопя, вытянув губы трубочкой для коктейля, вьются развоплощенцы, так и норовят утолить жажду. Комариная свадьба какая-то! Впрочем, о свадьбе не будем… Знаете ли, там картина не лучше! Хотя "в домах Лондона и Парижа о вкусах не спорят". Кто-то даже удовольствие получает, выставляя любовные утехи на показ. Будьте уверенны, голодные и жадные до плотских удовольствий развоплощенцы повсюду следуют за вами, пуская астральную слюну на ваш стэйк или в декольте! Мне же ясно одно – завтракать буду уже в новом теле! А пока: зубы на полку, фривольные желания в кладовку… Одним словом: «Обломись, низшее Я!»

Решено, облачаюсь в чистые, возвышенные одежды, пройдусь по набережной, поэт я или кто?! Может, перехвачу чего духовного на ночь… Выбор для ищущего эстета в Астрале неограничен: от Сохо и квартала Красных Фонарей в Амстердаме до Карнеги-холл в Большом Яблоке и концертного зала имени Арнольда Каца в Новосибирске! Тесен Эрмитаж? Так за углом Лувр, а чуть левей – Прадо! На осиротевшей душе «кошки скребут»? Это лечится только Поэзией… Пожалуй, и я навещу астральную страничку любимых авторов. Нет, нет, не рейтинг Стихиры, Боже упаси вас шутить такими вещами… Ахматову перечту – Анну, и Михаила Михельзона!

Первое, что меня сразило, походка! Шажок короткий, но не семенящий, наоборот, как будто парит безо всяких усилий; фигура… – во-вторых? Пусть будет, в-первых! Так вот фигура – само совершенство! Подробностей не ждите, не в моих правилах! Волосы, глаза и лицо… Даже не надейтесь… Не выдам, не отдам… Только мне! Святое – только мне! Зря, что ли умирал позавчера?.. Да и сегодня, бестелесный, натерпелся пока не оставили в покое, обложив на последок венками!

Хочу поравняться с незнакомкой, уже бегу, а она всё ещё недосягаема, плывёт или скользит впереди прекрасным миражом, Фата-Моргана воистину. Начинаю судорожно вспоминать строки о любви – пусто! Делаю попытку мысленно оказаться рядом – будто наши тела рука об руку находятся на высоком ажурном мосту!
– Давай назовём его «Вечным», – не могу отвести взгляда от её глаз, всё же оказавшись рядом.
– Хочешь остаться здесь навечно? – смеялись они, серые и бездонные…

– Если с тобой, то да!

– А без меня?!

– Без тебя меня уже нет… И моста нет… Есть лишь безумец, влюбившийся в иллюзию, красивую, но иллюзию! – я не узнавал себя, будто тот, прежний грубоватый реалист, исчез без следа, открыв миру более утончённого романтика. Сферы зазвучали так, что «Стейнвей» показался бы неуместной детской погремушкой в симфоническом оркестре Вселенной.
Мы стояли, взявшись за руки, и Миры окружали нас сияющим коконом... В многоголосье галактик вплетали голоса-лучи пульсары, туманности мягко басили... Свет звучал, переливаясь всеми цветами, падал с высот и вздымался ввысь, расточая благовония материи Matrix! Высшая радость окружала нас, даже Время замедлило шаг – о, оно, как никто другой, умеет ценить вот такие мгновения! Слова нужны там, на Земле… Здесь же, в центре нашего мироздания, Сущее развернулось панорамой событий: от глубокого прошлого до далёкого будущего!

«Мы с тобой были вместе всегда!» – потянулся огнями пламенного сердца к своей Мадонне, но она, чуть сторонясь, начала торопливо говорить: «Знаешь, наше название вполне подходит к этому, уходящему за горизонт, мосту», – её глаза уже не смеялись. Близкие и знакомые глаза… (Я ещё услышал, как Время, вздохнув, пошло прочь, отсчитывая обыденные секунды) – «Но тела и здесь не вечные. Пообещай глубоко в сердце помнить эти вневременные встречи!» – добавила она, медленно растворяясь в эфире.

– Я буду искать тебя, там, на Земле!.. – кричал в безмолвные Небеса, напрасно стараясь разглядеть сквозь ажурный мост мою Мадонну... Оставалась лишь сладкая боль в сердце… обещая помнить…