Кабмин Киргизии не причастен к прекращению обслуживания карты «Мир», она принесла бы республике даже больше пользы, чем России, заявил премьер республики Акылбек Жапаров. По словам Жапарова, Киргизия не испытывает страха перед какими-либо санкциями и не видит повода для их введения против республики. Так что, правительство ни за что не в ответе? Можем ли мы реально от них что-то требовать при таком раскладе? И нужно ли нам вообще что-то делать? Директор Института инновационного развития Виктор Яковчук считает, что ничего страшного не произошло. «СП»: О том, что будут санкции, было известно заранее. Американцы ездили по странам Средней Азии, предупреждали. Почему не подготовились никак? «СП»: А как все утрясется? Американцы санкции снимут? Или найдется способ их обхода? Сколько на это понадобится времени? «СП»: Напоминает ситуацию с Крымом, когда Сбер упорно отказывался от работы на полуострове, боясь санкций. Санкции всё равно в итоге ввели, а имидж банк себе подпортил. Киргизы не боят
Кабмин Киргизии не причастен к прекращению обслуживания карты «Мир», она принесла бы республике даже больше пользы, чем России, заявил премьер республики Акылбек Жапаров.
- «Приостановили карту „Мир“ не мы. Мы узнали об этом после прекращения обслуживания. МПЦ (межбанковский процессинговый центр) не относится к правительству, а управляется коммерческими банками. Даже Нацбанк не имеет контроля над МПЦ, принадлежащим более чем на 54% коммерческим банкам. Предполагаю, что эти коммерческие банки, возможно, опасались вероятных санкций», — рассказал он журналистам.
По словам Жапарова, Киргизия не испытывает страха перед какими-либо санкциями и не видит повода для их введения против республики.
- «Карта «Мир» принесла бы больше пользы нам, чем россиянам. Приостановление обслуживания этой карты никак не отразится на России. Нам больше всего было нужно, чтобы эта система работала у нас.
- Раз уж прекратили работу, то мы начали искать другие пути. Было бы хорошо, если МПЦ этот вопрос согласовал с кабинетом министров, потому что в России более миллиона наших граждан. Все они пользовались картой «Мир», — подчеркнул премьер.
Так что, правительство ни за что не в ответе? Можем ли мы реально от них что-то требовать при таком раскладе? И нужно ли нам вообще что-то делать?
Директор Института инновационного развития Виктор Яковчук считает, что ничего страшного не произошло.
- — Вся эта ситуация не означает, что у нас прекратились отношения и платежи с Киргизией. И стоит обратить внимание на то, что Киргизия — одна из последних стран, которая отказалась использовать эту систему. Мы же не наказываем за отказ ее использовать Турцию, Грузию, Армению. Требовать жертв от других стран глупо.
«СП»: О том, что будут санкции, было известно заранее. Американцы ездили по странам Средней Азии, предупреждали. Почему не подготовились никак?
- — Да, могли. Но опять же — им угрожали, они посчитали, что риски финансовых потерь высоки, и они не могут рисковать ради России. При этом, повторю, что никаких рисков для отношений между нашими странами нет. Никаких проблем. Проблемы только у российских путешественников, которые в Киргизии не могут расплатиться картой «Мир».
- Тут можно вспомнить ситуацию с Крымом. Действительно, когда мы присоединили Крым все крупные российские банки, даже с государственным участием, не открывали там представительств, хотя это было очень важным и нужным шагом.
- И наш Центробанк никаким образом не наказывал эти банки, ни к чему не принуждал. Если исходить из этой логики, что мы сами не заботимся о своих людях, то почему другие государства должны заботиться о нас?
- Но еще раз повторю, это не создает проблем в межгосударственных отношениях. Я уверен, что в итоге все утрясется через какое-то время. И карты «Мир» опять будут принимать.
«СП»: А как все утрясется? Американцы санкции снимут? Или найдется способ их обхода? Сколько на это понадобится времени?
- — Не думаю, что стоит ждать, когда они снимут санкции. Но надо понимать, что у американцев огромные проблемы — с бюджетом, с платежным балансом доллара и т. д.
- Сейчас реально все ждут, когда у них там кризис начнется. И мы уже сейчас видим, что их перестают бояться, у них нет возможности давить на кого-то сильно. Это как, когда хулиган нападает на подростков, они делают вид, что боятся его, но в реальности уже нет.
- — Можно предположить, что в Москве и Бишкеке рассматривали постепенное усиление давления США на страны региона по вопросам следования в фарватере санкций как «неизбежное» и, вероятно, «меньшее зло», — считает директор по аналитическим проектам Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков.
- — Несмотря на сокращение товарооборота между Россией и Киргизией в 2023 году по сравнению с 2022-м (примерно на 17%), это постсоветское государство остается для Москвы одним из каналов «параллельного импорта», именно возможности в этой сфере обе страны будут стараться сохранить.
«СП»: Напоминает ситуацию с Крымом, когда Сбер упорно отказывался от работы на полуострове, боясь санкций. Санкции всё равно в итоге ввели, а имидж банк себе подпортил. Киргизы не боятся этого?
- — Так или иначе, давление США на Бишкек по вопросам о санкциях в ближайшее время будет увеличиваться. Однако не все сферы поддаются эффективному мониторингу со стороны Вашингтона.
- Скорее, в Киргизии рассчитывают, что не все каналы как финансовых потоков, так и параллельного импорта между этой страной и Россией, США смогут отслеживать, а главное, всегда есть аргумент, что многие из таких каналов находятся в сфере теневой экономики.
- Здесь, правда, есть важное политическое последствие — чем больше такие каналы взаимодействия будут смещаться в сферу теневой экономики, тем больше в той же Киргизии будут усиливаться игроки, которые связаны с этой сферой и не все из них будут контролироваться правящей группой.
- Очень часто именно с игроками теневой экономики активно взаимодействуют группы элит, заинтересованные в смене власти по жесткому сценарию — можно вспомнить хотя бы новейшую историю Киргизии.
- Показательно, что и в соседнем Казахстане после «январских событий» 2022 года представители руководства страны стали чаще делать в своих выступлениях акцент на борьбе с теневой экономикой — скажем, в июле 2023 года там был принят двухлетний план по решению проблемы.
- Хотя понятно, что подобные темы поднимаются также для перераспределения влияния и активов внутри элит. Как бы то ни было, не стоит забывать, что, чем активнее продавливаются западные санкции, тем больше они будут создавать рисков ослабления правящих команд в нейтрально настроенных к России постсоветских странах.
«СП»: Власти Киргизии говорят о том, что будут думать над решением проблемы. И что тут можно надумать? Или это просто отговорка, мол, сделаем, что можем, но не обещаем…
- — Сообщалось, что премьер Киргизии Акылбек Жапаров в ходе визита в США «объяснит ситуацию» и постарается добиться, по сути, смягчения давления Вашингтона на Бишкек по вопросам, касающимся экономических связей с Россией.
- Однако выше вероятность, что давление со стороны США на Киргизию по вопросу следования санкциям будет постепенно усиливаться. Вашингтон вряд ли надеется закрыть «все двери» между Россией и внешним миром, просто вопросы функционирования платежных систем — одно из наиболее уязвимых звеньев для давления.
«СП»: А что Россия? Понятно, что наши предпочитают всегда «худой мир», но если мы не можем повлиять даже на зависимые от нас страны, чего ждать в остальном мире? Нас вообще уважать перестанут…
- — Заявление главы Центробанка Эльвиры Набиуллиной о возможных ответных ограничениях и запретах («теоретически это возможно, но думаю, что их нужно рассматривать как крайние меры») скорее предполагает, что Россия настроена, в основном, на поиск путей обхода акций США, а не на борьбу с теми, кто следует в фарватере санкционной политики.
- Комментарий пресс-секретаря президента РФ Дмитрия Пескова был выдержан в еще более сдержанном ключе («конечно, страны опасаются и первичных, и вторичных санкций, мы продолжаем диалог с этими странами, чтобы выработать алгоритмы взаимодействия»).
- Стоит повториться, что Москва в данном случае явно исходит из того, что в существующих реалиях важнее поддерживать взаимодействие с нейтрально-благожелательными партнерами на постсоветском пространстве (в том числе, ради сохранения каналов «параллельного импорта», насколько это возможно), даже, когда они уступают давлению западных игроков, а не вступать с такими партнерами в конфронтацию.