Почему мы влюбляемся?

Зигмунд Фрейд писал, что для счастья человеку нужны две вещи: возможность любить и возможность работать. Значение любви сложно переоценить, о ней много сказано в литературе, культуре, искусстве. История человечества - это, в некотором смысле, история любви: мы веками воспеваем это чувство и пытаемся ответить на вопрос: какая она, настоящая любовь?

Психологическая наука тоже ищет ответы на этот вопрос, старается упорядочить и понять сложный и многогранный процесс любви, описать закономерности и найти ответы на разные вопросы. Почему мы влюбляемся? Как происходит выбор объекта любви? Какие факторы влияют на нашу способность влюбляться? Почему мы влюбляемся в неподходящих людей, отношения с которыми причиняют нам боль?
Психология приземляет наши переживания. Те чувства, которые нам кажутся уникальными, которые рождают у нас мысли в стиле “разве может еще кто-то так любить, так страдать, испытывать такую страсть”, оказываются описаны и стандартизированы в психологических концепциях любви с шокирующей тщательностью. Это лишает любовь некоторого "ореола таинственности", она разбирается на "молекулы" и беспощадно делится на "нормальную" и "патологическую", как например у Отто Кернберга.

"Мы выбираем не случайно друг друга. Мы встречаем только тех, кто уже существует в нашем подсознании." Зигмунд Фрейд.
Эта фраза Фрейда несет в себе всю суть психоаналитического понимания любви. Психоанализ строится на концепции бессознательного и эта концепция центральная и в понимании психоанализом феномена любви. Любовь - это перенос. Перенос – бессознательное перемещение чувств, желаний, привычного образа построения отношений с одного человека на другого. Проигрывание травм детства в отношениях, когда в партнере мы начинаем видеть фигуру из прошлого, чаще всего, родителя.

Психоаналитическая теория выделяет два основных вида переноса: позитивный и негативный. Позитивный перенос – это доброжелательно окрашенные чувства, нежность, восторг, любовь, восхищение. Негативный - враждебная гамма эмоций. Так мы и влюбляемся согласно психоанализу: в бесконечном множестве людей наше бессознательное выхватывает того, кто напоминает нам родителей, либо того, на кого можно спроецировать неразрешенные конфликты и желания из детства. Под влиянием позитивного переноса мы идеализируем возлюбленного. с этим сложно не согласиться: когда мы смотрим на человека влюбленными глазами, он кажется совершенным, красивым, удивительно умным и т.п. Но по Фрейду идеализация - это регрессивный примитивный защитный механизм и отношение к идеализации в любви у Фрейда-негативное.

В 1914 году он писал, что возвеличивание возлюбленного - это результат проекции части своего "Я" на другого. Проецируется та часть личности, которая воспринимается как совершенная и целостная. Тогда собственная личность обедняется, лишается важного собственного первичного нарциссизма. Первичный нарциссизм - это ядро личности ребенка, когда он для себя-центр Вселенной.

Идеализация, в какой-то мере, нарциссический перенос, возлюбленный становится всемогущим объектом, которым в раннем детстве у ребенка был родитель. Теперь он становится образом идеализированного родителя. Это возврат к очень ранней стадии развития в теории психоанализа, когда первичный объект (чаще мать или тот значимый взрослый, что заменял мать) удовлетворял все желания ребенка и он ощущал полное блаженство (первичный нарциссизм).
Как часто мы слышим от влюбленных: "мне никогда не было так хорошо, как с ним/с ней. Рядом с ним я чувствую себя в безопасности, я чувствую себя на вершине блаженства, я могу все". Партнер становится неким героем, которому поклоняются и который дает ощущение эйфории и блаженства. Фрейд считал, и многие психоаналитики с ним соглашались, что идеализация мешает развитию зрелой любви. Однако я с этим не согласна, мне кажется, невозможно влюбиться в человека без идеализации-это первая стадия влюбленности.

Иногда, слушая влюбленных, возникает ощущение, словно они говорят друг о друге, как о совершенстве, либо как о матери и младенце и это для меня про перенос. Да и то сладкое чувство романтической любви, так похожее на чувство детской безмятежности, мне отзывается в свете аналитической теория о переносе, идеализации и инвестировании партнера первичным нарциссизмом, которое дает в отношениях ощущение всемогущества, но я не смотрю на идеализацию, как на в корне негативную. 

Как влюбиться, если на первых порах не видеть в человеке ничего уникального, выделяющего партнера среди других? Тогда не будет никакого трепета и очарования. В идеализации, на мой взгляд, конечно, есть опасность. Если фантазия нарисует возлюбленного очень далеким от реальности, риск разочарования от реального человека очень высок.

Рая Хашагульгова, психолог проекта "ТЕТА"