Антонина Николаевна Брызгалова - лауреат и участник множества творческих конкурсов прозы областного, межрегионального и федерального уровня, обладатель множества Дипломов, Памятных знаков и других наград. Её регалии можно перечислять очень долго! Но самое главное, конечно же, не это, а точный, мудрый, и в то же время простой и близкий большинству читателей язык её произведений.
Антонина Брызгалова автор двух книг - сборников рассказов и очерков - "О жизни" и "Не по годам в войну взрослели". Оба издания продолжают пользоваться у нас большим читательским спросом. Прошу прощения, но мне безумно приятно, что к её становлению как автора, я имею некоторую причастность.
А ещё Антонина Николаевна счастливая бабушка семнадцати внуков, и это одно из самых главных её достижений! Хотя сегодня речь идёт о другом, и я с удовольствием представляю её литературное творчество.
В жизни так бывает
Сказка ложь, да в ней намёк, как известно. И в жизни лесной всё бывает совсем как у людей.
На лесной опушке рос мощный раскидистый и уже не молодой Дуб, повидавший на своём веку многое. Когда – то его окружали молодые ёлочки. Они подрастали. Дуб любовался их стройностью и красотой. А осенью, как заботливый сосед и старший друг укрывал их своей листвой. Он очень хотел быть похожим на них. Но природа уготовила ему другое предназначение - быть кормильцем других жителей леса. Чем старше и мудрее он становился, тем больше радовался, когда под его кроной собирались обитатели леса и лакомились его дарами.
Однажды, проснувшись от зимней неги, с появлением мелких липких листочков он с удивлением заметил, что его соседей больше нет. Остались одни пеньки. Долгое время Дуб рос в одиночестве и скучал по ёлочкам, в недоумении, куда они исчезли? Как же он не уберёг их? Только болтушки – сороки донесли ему плохую весть. Такой участи они не пожелали бы никому.
Уже не один раз произошла смена времён года. Однажды после тёплого весеннего дождичка на полянке прогретой лучами солнца, появилась первая зелёная поросль. В ней Дуб заметил что- то знакомое, и очень обрадовался, узнав в этом росточке, торчащем из травы, маленькую Ёлочку. Он сразу же решил, что возьмёт на себя всю заботу о ней, будет внимательно следить, чтобы больше такого не повторилось.
Шли годы. Ёлочка подрастала, становясь стройной зелёной красавицей. Дуб восхищался её красотой. При каждом удобном случае напоминал ей – ты красавица! Она всё больше и больше гордилась своей красотой. Став постарше высказывала Дубу всё, что думала о нём:
- Ты старый, неуклюжий, на тебя посмотреть страшно, стоишь как пугало – ветви в разные стороны, да ещё и кривые! Посмотрел бы ты на себя зимой – напугаться можно! Вот я летом вся в прекрасном зелёном наряде, а зимой как принцесса под белым снежным покрывалом.
Дуб, наделённый мудростью от природы, промолчал, но подумал:
- Кто укрывал тебя, глупышка, от сильных морозов и вьюг? И почему то вспомнил те ёлочки, от которых даже и пеньков уже не осталось, и слова сороки…
Однажды поднялся сильный ураган. Дуб, нисколько не обижаясь на ёлочку, пытался раскидистой веткой укрыть свою подопечную, выполняя обещание, данное себе. Ещё порыв ветра, и ветка рухнула на землю, едва не повредив маленькую красавицу. Но в ответ на добрые намерения, лесной великан вновь наткнулся на унижения и оскорбления.
- Как ты мог, мне, лесной принцессе, чуть не испортить красоту!
Это было уже хамством со стороны Ёлки. На что Дуб ответил:
- Что толку и какая польза от твоей красоты и стройности, ты относишься ко мне несправедливо. А ведь скольких лесных обитателей я спас от голода и холода, укрывая их, как и тебя, своей листвой.
Дни становились короче, а ночи холоднее. Чувствовалось приближение зимы. Дуб медленно ронял на землю лист за листом, укутывая красавицу, желая всего хорошего и встречи весной.
Зима пушистым снежным покрывалом укрывала всю землю, преображая всё вокруг. Этот день выдался особенным. Снег на Ёлочке искрился и сверкал в лучах зимнего солнца. Послышался скрип снега и голоса людей:
- Папа, смотри, какая красавица, давай возьмём её, маме тоже понравится!
Ёлочка ещё больше возгордилась:
- Как жаль, что это чучело не видит моей красоты и не слышит людской похвалы. Только сороки, усевшись на Дуб трещали наперебой:
- Не к добру, не к добру, не к добру!
Ёлочка даже была рада, что покидает лес и может повидать многое.
От домашнего тепла и уюта она расправила ветки, чтобы казаться ещё более красивой и стройной. Восторгалась, когда её украшали разноцветными игрушками и все кричали – ёлочка, зажгись! И она сверкала разными огнями. Это были самые прекрасные моменты в её жизни, но она сожалела, что Дуб не мог видеть её такой счастливой.
Вскоре Ёлочка заметила, что живительная влага, которая питала её ветви, постепенно скудеет. Ей уже не хотелось веселиться и жить здесь постоянно. Иголки начали медленно облетать с её веток, и силы покидали нашу красавицу. Она стала мечтать о лесе, вспоминать о друге, над которым смеялась, когда с него облетали листья, и он менял свой облик.
Прошло ещё немного времени, с ёлочки сняли все украшения и понесли куда-то. Этот путь был ей знаком. А может, её вернут обратно в лес? А там она обретёт силу и прежнюю красоту?
Оказавшись на улице, она почувствовала, что силы её почти иссякли и вряд ли их хватит добраться до леса. Но вместо леса, она очутилась в каком – то незнакомом месте, в сугробе. Ёлочка из последних сил успела осмотреть округу, увидев таких же, как она - изуродованных и выброшенных, лесных красавиц. Её иголки, словно слезинки, медленно падали в снег, который сейчас казался холодным и колючим, не как в родном лесу - тёплым и нежным. Вот уже по стволу катятся последние слезинки, и в этот момент перед её взором, почему то предстаёт Дуб, весь в прекрасном зелёном наряде, с резвящимися под ним обитателями леса, то водящими хоровод, то с аппетитом хрустящими орешками. Все были веселы и счастливы, но уже без неё. Она хочет сказать ему что- то, но сил больше нет. Усилился ветер, пошел снег, превращая её, никому не нужную, в обычный, унылый сугроб.
Очень часто в жизни и мы, так же как Ёлочка, бываем неблагодарны, черствы, а порой даже жестоки. Не думая о последствиях…
Сямженская бухтина
-Валька, ты чего ревешь-то? Муж, говоришь, у дочки загулял? Ой, я сейчас тебе расскажу. Ухохочешься, как я своего от этого разом отучила.
Так вот слушай, только не перебивай. Ты на это горазда, я уж точно знаю.
Так вот было это еще в том веке, когда молодыми были и жили в деревне. Мужиков-то там – раз-два и обчелся. У меня была подруга Манька, красивая, статная девка. Да ты у нас городская и ее не знала. Жопа во у нее. Чего, гоаворишь, ягодицы? Ну, значит, ягодицы так ягодицы. А титьки не титьки, а груди? Ну, значит, груди. Так вот, жопа – во, а титьки, как вымя у моей телки.
- А сама-то как будто модель была?
- Кому сказала, не перебивай! Модель не модель, но потоньше уж этой Маньки. Так вот приглянулась, видно, она мужу моему – тем более девка незамужняя. И стал он, значит, к ней приставать: то за жопу ущипнет, то по титьке рукой проведет. А потом совсем обнаглел – предложил переспать.
Манька ко мне со слезами пришла: что делать, подруга? Твой муж мне прохода не дает. А я ей говорю: соглашайся. Как соглашаться? А наша дружба?
- Соглашайся, Все будет чередом. И рассказала ей свой план.
Кому сказала, не перебивай, а то перепутаю, уж немолодая. Так вот, дома наши рядом стояли, через забор. Дело было поздней осенью. Мы недавно теленка зарезали. Наступил назначенный день и час. Вижу, мой милый нервничает, переживает: значит, из дома надо как-то смыться. А на улице уже темно.
- Схожу-ка я к соседу, - говорит, - пусть пилу наточит.
- Сходи-сходи, - говорю я. Смотрю, он мяса кусок потихоньку хвать и – за двери, а я – задами, напрямик в назначенное место. Слава Богу, успела. Лежу в кровати, жду, свет не включаю. Он с разбегу – под одеяло.
Как все было? Да все хорошо. Тебе еще расскажи. Кому сказала, слушай молча, и мотай себе на ус. Конечно, впопыхах да в темноте он подмену не заметил.
И отправились оба домой старыми путями: он налегке, а я – с большим куском мяса. Откуда мясо? Говорю тебе: уговор был – расчет мясом, оставляет за дверью. Сказано, молча, слушай. Самое интересное еще впереди.
Встала утром пораньше, этот кусок мяса в большой чугун и – в печку. Мой ненаглядный спит, как убитый. Когда проснулся, я стол накрыла и весь чугун поставила. «Кушай, дорогой». Он глаза выпучил и еле вымолвил: «Ты что, с ума спятила. Если будем так мясо жрать, надолго ли его хватит». А я в ответ: «Кушай, кушай, дорогой. Я его вчера заработала. А если повезет, так и еще заработаю». Он, как ошпаренный, из-за стола выскочил. Всю охоту ходить налево разом отбило. И жили мы дальше душа в душу. Дружбой с Манькой я очень дорожила.
Осенняя симфония
Лист, одиноко висящий на ветке дерева и трепещущий в порывах осеннего ветра. О чём он думает, крепко держась за веточку, так долго служившую ему родительским домом?
Он из последних сил старается удержаться за неё, как и мы, люди, иногда хватаемся за спасительную соломинку. Все его друзья ещё вчера- позавчера и сегодня, кружа в хороводе исполняли замысловатый, известный только им одним прощальный танец.
Медленно, всё ближе и ближе приближаются они к земле. Вот они касаются её, словно выполняя своё последнее танцевальное па, и замирают. Теперь уже навсегда. А он с высоты всё смотри на происходящее внизу, но с новым порывом ветра силы окончательно покидают его и он отправляется вслед за своими друзьями.
А ему так хотелось жить, несмотря на холодные, неприютные ночи и хмурые осенние дни. Но всему своё время. И он, оставаясь гордым несломленным духом, а просто оторванным от родительского гнезда, начинает кружить в воздухе, отправляясь в свой последний самостоятельный полёт. Перед ним в одно мгновение промелькнула вся его жизнь!
Когда-то он был просто почкой на дереве. Пригрели яркие лучи весеннего солнца, и он вместе с другими почками стал превращаться в крохотный липкий листочек.
Затем они подрастали, выделяя тонкий, терпкий аромат молодой зелени юной весны. Дерево, как любящая, заботлива мать, кормило, поило и лелеяло их. Они даже и не заметили, как выросли и окрепли.
Сама природа из сотен тысяч листочков сплела, соткала великолепный узор и сложило всё это в прекрасную, густую крону дерева. Множество разных пичужек, поселившихся в ней, нашли своё семейное счастье, построили уютные гнёздышки для продолжения своего птичьего рода…
А в сильный дождь густые листья словно огромным зонтом рады укрыть и парочку влюблённых, и шумную ватагу детворы.
В знойный день под благодатной сенью дерева найдут свой приют усталый путник, изнурённый жарой лесной зверь и разные букашки- таракашки. И все будут по- своему благодарны за уют, прохладу и благодать, которую они обрели под раскидистой кроной…
Но вот солнце светит всё реже и реже, а ночи становятся длиннее и холоднее. И наш листочек заметил, что его соседи по веточке почему- то из ярко- зелёных становятся всё желтее и желтее. А он не мог видеть себя и думал, что он как раньше – зелёный и крепкий.
Ах, если бы его родное дерево росло над водной гладью! Тогда в тихий солнечный день он мог бы увидеть своё отражение и понять: он такой же, как все.
Когда его друзья стали покидать родительский дом, он из последних сил старался удержаться за веточку. С высоты он наблюдал, как листочки, коснувшись земли, нежно, как пуховым одеялом, укрывают корни дерева. Словно благодаря его за жизнь, которую оно им дало.
Эти опавшие листья будут одной букашке служить вечным приютом, другой – тёплым, уютным домиком с мягкой постелькой, в котором можно скоротать стужу и трескучие морозы нашей долгой северной зимы…
А мой герой медленно приближается к земле, окидывая взглядом всё окружающее с высоты. В последний раз. Он знает, что, коснувшись земли, он не сможет больше подняться ввысь. Но это уже не пугает его…
Тропинка на глазах превращается в холст, расписанный самой природой яркими красками осени. И одним из этих его мазков, достигнув земли, станет наш Листочек.
Вместо постскриптума:
Придёт весна и вновь на дереве- матери, корни которой прошлогодние листья нежно и с любовью укрывали от холода, появятся почки, а значит - новые листочки. Букашка, успешно перезимовавши, даст новое потомство. И всё повторится сначала…
Я шагаю по осенней аллее, усыпанной опавшими листьями. Они шуршат под ногами. А некоторые просто рассыпаются на мелкие частички, издавая тихий, печальный звук.
Что это? Музыка осени, удивительная симфония, в которую искусно вплетены пронзительный свист стылого ветра, жалобный скрип деревьев и тревожное, волнительное ожидание уже недалёкой суровой зимы.