60 лет назад на экраны вышла первая советская экранизация «Гамлета». Ещё во времена немого кино отечественные режиссёры предпринимали попытки перенести на киноплёнку знаменитый шекспировский сюжет, но ни один из таких фильмов не сохранился — остались лишь упоминания, что они когда-то были.
В 1954 году Григорий Козинцев поставил «Гамлета» с Бруно Фрейндлихом в главной роли на сцене Ленинградского театра драмы. Премьерный спектакль прошёл с небывалым аншлагом, так что уже вскоре режиссёр задумался об экранизации.
Исполнителем главной роли Козинцев видел Иннокентия Смоктуновского — на тот момент не самого известного актёра. Смоктуновский был не в восторге от сценария, но всё-таки это был Гамлет — роль, о которой мечтали многие. Ради неё актёр отказался от съёмок в «Андрее Рублёве» и от Болконского в «Войне и мире». Режиссёр со своей стороны приложил массу усилий, чтобы развеять все сомнения Смоктуновского, принимал от актёра правки и соглашался с его видением героя.
На роль Офелии пригласили юную, но уже очень популярную Анастасию Вертинскую. Для роли ей обесцветили волосы, выщипали брови и выбелили лицо — режиссёр хотел, чтобы она выглядела как мраморная статуэтка. У неё была идеальная фактура — восемнадцать лет, чистота, хрупкость, внешность эпохи раннего Возрождения, но не хватало какой-то искры. По словам Козинцева, «всё было хорошо: и руки, и шея, и походка, но сердце не билось. Сердце заставил биться Шостакович. Так бывает». Дмитрий Шостакович писал музыку к театральной постановке, но специально для фильма создал абсолютно другой материал.
Офелия стала для Вертинской серьёзным профессиональным экзаменом, после которого она начала по-другому относиться к своей работе. У неё никак не получалась сцена безумия. Она срывала кружевной воротничок, недовольный режиссёр останавливал съёмки, костюмеры зашивали кружево, и всё начиналось сначала. Актёры, большинство которых пришло в экранизацию из спектакля, начинали потихоньку возмущаться. Козинцев разрядил обстановку, мол, вы пока просто полюбуйтесь какая у нас красавица, а уж до сумасшествия мы с вами её как-нибудь доведём.
Съёмки проходили недалеко от Таллина. По открытке с изображением какого-то французского замка декораторы построили Эльсинор. Стройка велась на обрыве над морем, а сам замок был конструкцией из металлических ящиков для молока, которые набивали тканью и заливали цементом. Сейчас обрыв в посёлке Кейла-Йоа стал туристической достопримечательностью под названием «Скала Гамлета».
Некоторые сцены снимали в выстроенном замке в павильонах «Ленфильма» и в настоящем средневековом монастыре. Нагнетавшие атмосферу тучи и мощные волны специально ездили снимать на Баренцево море, а самый знаменитый в мировой литературе монолог «Быть или не быть…» Иннокентий Смоктуновский произносил в Крыму.
Министр культуры Екатерина Фурцева требовала, чтобы фильм был цветным, но режиссёр считал, что цвет убьёт трагичность, и снимал на чёрно-белую плёнку. Чтобы изображение было более выразительным, использовали мощные софиты, которые стоили здоровья Иннокентию Смоктуновскому. Актёр постоянно находился в слепящем свете и после съёмок отправился лечиться в глазную клинику. Проблемы с зрением были у него до конца жизни.
«Гамлет» был с восторгом встречен публикой, правда немногочисленной. По посещаемости трагедия заняла всего 19-е место в прокате, но все, кто видел фильм, только о нём и говорили. Ведущие европейские кинофестивали показывали его в конкурсной или внеконкурсной программе, он получил специальный приз Венецианского кинофестиваля и главный приз Фестиваля шекспировских фильмов. Западная пресса восхищалась нашей Офелией — Анастасию Вертинскую называли «самым талантливым сердцем советского кино» и «Вивьен Ли советского экрана».
В 1966-м году режиссёр британского «Гамлета» и заодно исполнитель главной роли Лоуренс Оливье лично познакомился с Иннокентием Смоктуновским. «Сколько вам лет?» — поинтересовался англичанин. Актёр ответил, что ему 42 года. «О, успел! Повезло! Потом сердце не выдерживает такой нагрузки…» — сказал Оливье, игравший примерно в таком же возрасте. Кстати, британская пресса признала русского «Гамлета» более убедительным.
Сразу после премьеры «Гамлета» и получения Ленинской премии Смоктуновскому предложили роль Ленина в фильме «На одной планете», от которой не рекомендовалось отказываться. А через два года актёр снова играл Гамлета, правда, уже в комедии Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля». В перерывах между угонами машин его герой репетировал эту роль на сцене любительского театра.