У моей бабушки было две сестры — Роза и Соня. Все умницы и красавицы, включая бабушку. Соня вышла замуж, нарожала детей и жила себе личной жизнью, несмотря на докторскую степень по химии и сложный характер. Бабушка проделала тот же путь, но без степеней. А Роза замуж не вышла. Ей мешали принципы и странные взгляды на мужскую физиологию.
Например, уши. Она считала, что главное в мужских ушах — выразительные мочки, не примыкающие к голове. Потому что голова — это голова, а мочки — орган самостоятельный и отдельный. Уши с невыразительными мочками как женщина без попы. Розе такие уши не нравились. И весь мужчина сразу никуда не годился.
Ещё волосы. Им полагалось быть только на голове. В исключительных случаях на ногах, но не густо. Больше нигде. Волосатая грудь нарушала в Розе пищеварение. Волосы на спине вызывали головокружения, иногда панические атаки. Темы лысых мужчин лучше даже не касаться.
Теперь о пальцах, тех, что на ногах. Они должны были быть равномерной длины, без резких перепадов. И не дай бог тот, что рядом с большим, оказывался длиннее остальных — не спасали ни уши, ни волосы. Роза такого не терпела и страдала ужасно.
Ну и, наконец, Роза была девушкой глубоких моральных принципов. Даже в пятьдесят. Поэтому гордо несла свой цветок по жизни мимо всех.
Эти факторы сужали выборку и сводили шансы на замуж в то самое строго охраняемое Розой место.
Однажды за Розой ухаживал кавалер. Во всех Розиных смыслах достойный мужчина: с мочками, пальцами и волосами в правильных местах. Был он высок, спортивен и нежен, вредных привычек не имел, по утрам бегал, обливался холодной водой и обожал Розу со всеми её заъбами.
У семьи внезапно появилась надежда выдать Розу замуж.
Жила Роза в Нижнем Новгороде, тогда именуемом Горьким. Изредка наведывалась в гости в Москву, где они с бабушкой запирались на кухне и обсуждали Розиных мужиков и дедушкиных любовниц. Эти все события происходили задолго до моего рождения, но мама помнит их как вчера. Ей было десять, она сидела под дверью и внимательно подслушивала.
— Ну что, как там твой Николай?
— С Николаем всё кончено.
— Как так — кончено??? Вы же только начали!
— А так! Решила я сделать ему сюрприз. Думаю, дай встречу после пробежки. Пришла на стадион. Он, как меня увидел, так обрадовался!
— Ну ведь хорошо же!
— Да погоди ты с хорошо.. Обрадовался он, значит, и побежал мне навстречу в этих своих трико. Ну, знаешь, тонкие такие, дышащие. Гляжу, а там, под трико, у него мудя. И вот бежит он, а мудя трясутся, трясутся. Фу, мерзость какая. Я — в обморок, а как в себя пришла, так сразу с ним и рассталась.
В общем, замуж Роза так и не вышла. Зато фраза «мудя трясутся» стала нашим семейным мемом, и звучит она всякий раз, когда кто-то находит мелкий изъян в чём-то очевидно прекрасном. Обычно этот кто-то — я.