Рад приветствовать немногочисленных читателей на своём обновлённом канале!
Многое произошло в жизни автора за те два с небольшим года, что минули после выхода крайней части альманаха "Библиотечный трэш". Не вдаваясь в никому не интересные подробности, скажу лишь, что за это время я успел заглянуть в бездну, но вовремя отвёл взгляд. Поэтому сейчас мы возвращаемся на то место, на котором так неожиданно прервалась наша весёлая история про издательское дело 90-х. Погнали!
В качестве нарративной преамбулы после такого перерыва я просто обязан продублировать здесь тезис, красной линией проходящий через весь контекст предыдущих статей:
Моё искреннее убеждение заключается в том, что экономика и способ производства управляют ВСЕМИ видами социальных отношений, начиная с кормления грудью и заканчивая ритуальными услугами.
А, стало быть, экономическая формация также участвует в становлении личностных характеристик: направленности, интересов, характера и т.д.
В Советском Союзе, при плановой экономической системе, на литературу ложилась обязательная дидактическая задача. Советский гражданин не должен был читать книжки просто для "убийства времени" и, тем более, воспринимать библиотеку, как форму умственного безделья! Любое официально издаваемое в СССР произведение проходило кучу согласований на предмет соответствия морально-нравственным и идеологическим качествам социалистической модели. Это вовсе не значит, что вся литература того времени была политической пропагандой (как сейчас принято считать). Наоборот, установка была на то, чтобы с каждой прочитанной книгой человек становился чуть лучше, чем он был до этого. В личностном и социальном аспектах.
Исходя из этого, становятся очевидными многие метаморфозы, которые произошли в нашем обществе за период 1980 - 2000. Издательское дело в этом смысле играет роль своеобразного дагерротипа коллективного сознания, на котором запечатлелись общественные настроения в переломные моменты истории.
Особенно ярко это можно проследить в двух "нишевых" жанрах художественной литературы, издание которых имеет место при любой экономической формации - детских сказках (о них было ранее) и фантастике. Такую безвременную востребованность можно объяснить тем, что изначально в сказочных произведениях действительность в самых значительных своих образах транслируется читателю через гротеск и гиперболизацию. Подтверждением этому служат слова отечественного писателя-фантаста Александра Петровича Казанцева:
"Я стараюсь, чтоб фантазия не отрывалась от действительности, рождалась ею и была реалистичной, то есть, достоверной. Вот что мне кажется главным."
Начав, таким образом, сильно за здравие, перейдём теперь к разбору фантастической литературы, создаваемой в перестроечные и пост-перестроечные годы на территории бывшего СССР...
Если взять за скобки творчество признанных мастеров отечественной НФ, таких как братья Стругацкие, упомянутый Казанцев, Кир Булычёв (хоть он и настрочил некоторое количество откровенного порожняка ради куска хлеба в 90-е), то в сухом остатке мы имеем невероятное количество беллетристов-ноунеймов, которых условно можно разделить на три группы:
- Идейные графоманы;
- Материальные графоманы;
- Дуалистические графоманы.
Первые творили, потому что считали исключительной необходимостью донести окружающему миру свои "уникальные" концепции. Для вторых это был источник дохода (деньги, как известно, не пахнут). А третьи издавались просто потому, что внезапно исчезли все существовавшие до того формы цензуры, ограничивавшие их "потный вал вдохновения".
Всех подобных творцов объединял острый дефицит актуальной фантастики на отечественном рынке. Эстетствующие читатели, конечно, стремились избегать подобной литературы в принципе, отдавая предпочтение проверенным временем западным образцам, но на безрыбье, как говорится, и рак - рыба! Тиражи были огромными, что показывало высокий уровень покупательской активности (ведь дело происходит уже при развернутой рыночной экономике). Поэтому до сих пор на прилавках современных букинистических магазинов можно встретить яркие томики в истрёпанной обложке по 50 рублей.
Имена большинства "литераторов" этого НФ-явления поглотило капиталистическое время, которое и воспринимало их, в первую очередь, как массовый продукт, но некоторые, благодаря сарафанному радио и чёрному пиару в духе "так плохо, что хорошо", продолжают вызывать интерес...
О них мы и поговорим в следующих выпусках!