ЯрНьюс рассказывал о ярославском акушере, который после окончания обучения по целевому направлению решил не идти работать в Рыбинскую городскую больницу №1. В итоге суд назначил ему штраф в размере 334 тысяч рублей. И такие иски сейчас не единичны, судится с бывшими студентами и Ярославский медицинский университет.
Этот случай и им подобные обсудили в ходе заседания комитета по здравоохранению Ярославской областной думы. У депутатов возник вопрос, а не слишком ли маленький штраф, который медик заплатит, выбрав для работы частную клинику и не отработав положенные по контракту три года в государственном лечебном учреждении.
— В Рыбинске беспрецедентный случай. Один выпускник после целевого обучения не пришёл в первую городскую больницу, состоялись несколько заседаний, придётся выплатить более 300 тысяч рублей за то, что он не пошёл работать по назначению. А сколько стоит один год обучения? — поинтересовалась депутат Лариса Ушакова у главы регионального минздрава.
При ответе выяснилось, что по сути молодой человек отделался «копейками». Государство на его обучение потратило в разы больше.
— До определённого времени, учебные заведения не подавали иски на период обучения. Нормативка была другая. И в том договоре тройственном, который был (между больницей, студентом и минздравом—ЯрНьюс), в полном объёме это не представлялось возможным», — начал отвечать министр здравоохранения Ярославской области Сергей Луганский.
Потому рыбинский акушер вернет совсем не те средства, которые стоило его обучение. Сейчас эти иски будут подаваться немного по-другому. И за год обучения с врачей-невозвращенцев, которые после вуза решили не исполнять целевой договор, будут взыскивать от 210 до 270 тысяч рублей.
— И, естественно, это полтора миллиона за шесть лет. А еще средства за стипендию, которые они получили, находясь в ординатуре. Там ещё за два года ординатуры университет будет обращаться в суд. Ещё около 600 тысяч. В принципе, около 2 миллионов будет возмещение. Желающих, я думаю, будет меньше. Количество не приходить к нам уменьшиться в разы. Потому что из тех, с кем мы общались, кто невозвращенец, чаще всего нам удаётся решить вопрос их возврата к нам в досудебном порядке, — отметил Сергей Луганский.