— Яна, милочка, — ехидничала она, — ну что ж ты за хозяйка такая? Дом не прибран, мужа голодом моришь. Вот я, например, и работаю, и дома всё успеваю. И красоту навожу, и борщи варю. А ты чем целыми днями занимаешься?
Яна только зубами скрипела да в ответ огрызалась. Ох, и допекла её свекровушка! Но виду не подавала, улыбалась да кивала. А сама думала: "Ну, погоди, старая кошёлка, я тебе ещё покажу, где раки зимуют".
***
Яна с тоской посмотрела на своего напарника по проекту. Максим, этот недоумок деревенский, вместо того чтобы корпеть над учебниками, как обычно, прохлаждался, закинув ноги на парту.
— Макс, ты вообще собираешься что-нибудь делать? — не выдержала Яна. — Или так и будешь штаны просиживать?
— Да ладно тебе, Ян, — лениво протянул Максим. — Чего ты так напрягаешься? Сама же умная, вот и делай всё сама. А я потом красиво оформлю, ну там, картиночки какие-нибудь прилеплю.
— Ага, конечно! — фыркнула Яна. — А зачёт тебе автоматом поставят за красивые глазки? Нет уж, дорогой, изволь поучаствовать. Или ты думаешь, я за тебя всю работу сделаю?
Максим тяжело вздохнул и неохотно поплёлся за учебниками. "Ну и зануда эта Янка", — думал он. — "И чего я с ней связался? Ладно, потерплю уж, а то ведь покоя не даст, пока своего не добьётся".
Яна же, глядя на страдальческую физиономию Максима, только усмехнулась про себя. "Ничего, голубчик, — думала она, — это тебе не на печи валяться да в носу ковырять. Поработаешь, как миленький".
Но чем больше они занимались проектом, тем больше сближались. Максим вдруг обнаружил, что Яна не только умница и красавица, но ещё и готовит отменно, прямо как его бабуля в деревне.
— Слушай, Ян, — сказал он однажды, уплетая очередной кулинарный шедевр, — а пошли замуж за меня, а? Будешь меня борщами кормить до старости.
Яна чуть не поперхнулась от неожиданности. Вот так предложение! Не на Эйфелевой башне, конечно, но зато от чистого сердца. И поняла вдруг, что и сама не прочь связать судьбу с этим увальнем. Авось, перевоспитает ещё.
— Ладно уж, — вздохнула она притворно, — так и быть, пойду. Но учти, лодырничать не позволю!
— Да я ж только за! — обрадовался Максим. — С такой женой не пропадёшь!
И пошло-поехало. Максим принялся за Яной ухаживать, как петух за курицей. То цветы притащит, то серенаду под окнами затянет. Деревня, одним словом. Но Яне нравилось. В кои-то веки за ней красиво ухаживали, не то что эти городские франты с их смс-ками да селфи.
Все девчонки на курсе от зависти лопались. Ещё бы, заполучить такого завидного жениха, как Максим — богатого, красивого да весёлого. Но куда им до Яны!
А Максим уж и сам не рад был, что связался. Это ж надо было так вляпаться! Но назад пути не было. Да и не хотелось, чего уж там. Больно хороша Янка, даром что зануда.
Вот так, в пикировках да подколках, и пролетели три месяца. А там и до свадьбы недалеко. Максим, недолго думая, махнул в деревню к Яниным родителям — благословения просить.
Будущий тесть встретил его с распростёртыми объятиями. Ещё бы, такой зять — мечта любого деревенского папаши!
— Максим, милый, — приговаривал он, обнимая будущего зятя, — да ты не сумлевайся, женись на нашей Яночке. Уж мы-то тебе свадьбу закатим — все соседи обзавидуются! И дом у нас большой, и двор просторный, гуляй — не хочу! А уж как тёща моя стол соберёт, пальчики оближешь!
Максим только кивал да улыбался, а сам думал: "Вот влип, так влип! Это ж надо было такую деревню в жёны брать. Ну да ладно, стерпится-слюбится".
А Яна уж и платье невесты примеряла, и гостей считала. "Ох, и удружил ты мне, Максимка", — думала она ехидно. — "Ну ничего, я из тебя ещё человека сделаю. Будешь у меня как шёлковый".
И вот настал день свадьбы. Максим, весь такой из себя городской пижон, морщился да нос воротил, глядя на деревенские «прелести».
— Яна, — ныл он, — ну зачем нам эта деревня? Давай лучше в городе отметим, в ресторане каком-нибудь пафосном.
— Ага, — фыркнула Яна, — чтобы твои родители всю малину обгадили? Нет уж, дорогой, потерпишь. Мои предки знатную свадьбу закатят, не чета твоим городским понтам.
Максим только вздыхал да плечами пожимал. Знал ведь, на ком женился, а теперь поздно локти кусать.
А свадьба и впрямь удалась на славу. Гуляла вся деревня, да так, что соседи потом неделю в себя приходили. Одно только омрачило праздник — родители Максима свалили по-быстрому, сославшись на какие-то там важные дела.
— Ничего, — утешала Яна расстроенного мужа, — зато конверт с деньжатами оставили. Будет на что ремонт в квартире сделать.
И ведь как в воду глядела. Максим, недолго думая, взял да и вложил мамино «приданое» в ремонт их двушки. Яна только диву давалась, глядя, как муженёк по магазинам мотается, шторы да коврики выбирает.
— Максимка, — шутила она, — никак из тебя дизайнер прорезается? Смотри, как бы тебя в этом ремонте не потеряла.
А Максим только отмахивался да посмеивался. Знал ведь, что Янка его ни на кого не променяет.
Так и зажили. Максим с утра до ночи пропадал, значит, старался семью обеспечивать. А Яна тоже не лыком шита была — устроилась юристом в какую-то там фирму и давай карьеру делать.
Жизнь-то налаживалась, да только свекровь, Валентина Борисовна, всё покоя не давала. То ей не так, это не эдак. Особенно Янку доставала.
— Яна, милочка, — ехидничала она, — ну что ж ты за хозяйка такая? Дом не прибран, мужа голодом моришь. Вот я, например, и работаю, и дома всё успеваю. И красоту навожу, и борщи варю. А ты чем целыми днями занимаешься?
Яна только зубами скрипела да в ответ огрызалась. Ох, и допекла её свекровушка! Но виду не подавала, улыбалась да кивала. А сама думала: "Ну, погоди, старая кошёлка, я тебе ещё покажу, где раки зимуют".
Янка всё больше на работе пропадала. Повысили её, значит, до начальника отдела. Гордилась, понимаешь.
Только вот дома бардак развела — некогда ей, видите ли, убираться было. То совещания, то встречи важные. А свекровь всё своё талдычит:
— Яна, ты же женщина! Ты должна и борщ варить, и полы мыть, и мужем заниматься. А ты что? Ни то, ни сё, ни в красную армию!
Яна аж позеленела вся от злости. Это она-то ни то, ни сё? Да она, может, больше всех в семью вкладывается! Но молчала, терпела. Знала ведь, что с Валентиной Борисовной лучше не связываться — себе дороже выйдет.
Но долго так продолжаться не могло. И грянул гром среди ясного неба. Янка, уставшая и замотанная, забила на уборку окончательно. А Максим, вместо того чтобы поддержать жену, взял да и нажаловался маменьке. Мол, житья с Янкой нет, свинарник развела.
Валентина Борисовна, конечно, тут же примчалась — невестку воспитывать. И понеслось...
— Яна, ты что себе позволяешь? — с порога набросилась Валентина Борисовна. — Муж голодный, дом не прибран, а ты в начальницы заделалась? Не пойдёт, милочка!
Яна только глаза закатила. Ну всё, довела её свекровь до ручки. Сейчас она ей покажет, где раки зимуют!
— Валентина Борисовна, — процедила она сквозь зубы, — а не пойти ли вам... борщ варить? Или вы только других учить горазды, а сами палец о палец не ударите?
Свекровь аж побагровела от возмущения. Это кто тут ещё кого учить будет?!
— Ты, Янка, не забывайся! — прошипела она. — Я тебе не подружка, чтобы тыкать. И вообще, не твоего ума дело, чем я занимаюсь. Лучше за собой следи!
Яна только усмехнулась ехидно. Ой, не на ту напала, Валентина Борисовна! Она ещё не знает, с кем связалась.
Но тут в прихожей послышался шум, и на пороге нарисовались две тётки в униформе. Яна сразу смекнула, что к чему. Ну, конечно, клининговая служба! А эта хитрая бестия всем мозги пудрит, какая она хозяйственная.
— Валентина Борисовна, — пропела Яна елейным голоском, — а что это за дамы? Никак, помощницы ваши? А я-то, дура, думала, вы сами и полы моете, и борщи варите.
Свекровь побелела, потом покраснела, потом позеленела. Попалась, голубушка! Теперь не отвертится.
— Яна, — взмолилась она, — ты только Максиму не говори, ладно? И Фёдору тоже. Я тебе что хочешь сделаю, только молчи!
Янка довольно ухмыльнулась. Вот он, момент истины! Теперь она свекровь на коротком поводке держать будет.
— Хорошо, Валентина Борисовна, — промурлыкала она, — я буду нема, как рыба. Но и вы мне больше мозги не компостируйте. Идёт?
Свекровь только кивнула обречённо. Куда ж деваться-то? Придётся теперь невестке уступать, а то ведь такой компромат на неё имеет — страшно подумать!
С тех пор Яна и Валентина Борисовна жили душа в душу. Свекровь больше не лезла с советами, а невестка делала вид, что ничего не знает про домработниц.
Максим только удивлялся, с чего это его благоверная со свекровью вдруг подружилась. Но в семейные дела не лез — себе дороже.
А Яна с Валентиной Борисовной хитро переглядывались да посмеивались. Мол, знаем мы с тобой, подруга, как друг друга на коротком поводке держать. Но виду не подавали — чай, не чужие люди, свои, родные.
Истории обычных людей - это зеркало, в котором мы видим отражение нашей собственной жизни. Канал «Жизнь в миниатюре» приглашает тебя взглянуть в это зеркало и найти вдохновение в каждой истории. Ставь лайк и подписывайся - стань частью нашего дружного сообщества!