— А у тебя красивые волосы, — сказал Руслан, убирая прядь с её лица. — Только их надо постричь. Причёску сделать. Да?
— Наверное, — сказала Катя, приглаживая чёлку. Она не ждала никого, и теперь боялась, что выглядит растрёпанной. — Меня вообще мама обычно стрижёт, но теперь вот живу в общаге, и просто нет... — оправдывалась она, но он приложил палец к её губам.
— Тшшшшшш, не надо. Ты прекрасно выглядишь. Правда. Ты красавица. Я в этом разбираюсь. И волосы у тебя красивые, такой солнечный светлый тон. — Он взял прядь и понюхал. — Мммм, как пахнут. Правда!
— Шампунь «Ромашка»… — Катя улыбнулась.
— Причёске надо форму придать, — продолжал Руслан, взбивая ей на голове волосы. — Модненько как-то сделать. Чтобы к твоему личику шло. Да?
— Да.
— Ну вот видишь. Я понимаю. Ты же из небольшого какого-нибудь города приехала. Да?
— Как ты узнал?
Катя действительно приехала из посёлка Алтухово Брянской области. Всю свою жизнь, все девятнадцать лет, она мечтала вырваться из посёлка и уехать в Москву, зацепиться хоть как-то, устроиться и никогда больше не возвращаться. У неё получилось поступить в институт, а после первого семестра — устроиться на работу. Но всё равно пока приходилось ездить в посёлок каждые выходные, если они не совпадали со сменой. Навестить мать, набрать картошки, солений, варений, денег каких-никаких. Мать, провожая Катю на автовокзал и усаживая её в автобус, сердито пихала ей в карман купюру в пятьсот рублей.
— Неужели так видно, что я с провинции? — спросила Катя.
— Ты похожа на москвичку. В тебе есть порода, — хвалил Руслан. — Лоск навести только. Я тебя в такой салон отведу — ммм, обалдеешь. Причёски на компьютере подбирают. Видела такое?
— Нет.
— А хочешь увидеть?
— Да.
— Они фотографируют, а потом к лицу разные причёски приставляют. На экране выбираешь, какая нравится. Да? Хочешь так?
— Да.
— Умница, — он мягко погладил её по спине. — Худенькая ты какая, миниатюрная. Тебе, наверное, страшно тут одной. Тяжело. Так ведь?
— Да.
— Работа сложная. Устаёшь сильно?
— Да.
— Ну, иди ко мне на коленочки.
Он потянул её к себе, и Катя поддалась, пересела со стула к нему на колено. Он обхватил её за талию и жалостливо сказал:
— Трудно работать официанткой. Ноги к концу дня гудят.
— Да, — грустно ответила Катя.
Ноги на работе у неё действительно болели. Стопы немели, пальцы наливались тупой, нудной болью, и хотелось только одного — присесть. Катя даже начала курить, потому что в курилке были стулья, можно было снять туфли и немного пошевелить пальцами ног, размять. В зале же требовалось стоять и ненавязчиво посматривать на клиентов, изображая готовность. Работа не из лёгких. Хотя даже ради неё Кате пришлось унизиться, переступить через себя.
***
Работа нужна была позарез. На вакансию «официант» требовался опыт от года. А откуда взяться опыту в восемнадцать лет? Для работодателей её юность, которую рекламировали глянцевые журналы, была недостатком. Хотя иногда Катю жалели, в основном мужчины, кормили, подвозили до института, пару раз вообще дали денег просто так. Но это было не то, нужна работа. Хотелось что-то себе купить, а не донашивать то, что осталось со школы. Всё же теперь она жила в городе, и ей стыдно было ходить по холлу института, казалось, что все презирают её за провинциальный вид.
Самсон Семёнович смотрел на неё долго. Широкоплечий, лысый, в квадратных очках с толстыми стёклами, за которыми его глазки делались маленькими, как у поросёнка, он сидел за столом цвета морёного дуба, в дорогом кожаном кресле, и рассматривал её. Катя еле держалась от смеха. Короткие ноги Самсона Семёновича не доставали до пола, и он ими болтал. Со значительным видом он что-то у неё спрашивал: про какую-то медицинскую книжку, про работу с кассой, про институт. Катя отвечала честно, немного преувеличивая желание работать и приуменьшая сложности сессии. Самсон Семёнович ещё раз осмотрел её, задержал взгляд на коленях и принял решение взять на испытательный срок.
— Зарплату пока платить не буду. Поработаешь неделю, посмотрим, что как.
Уже на следующий день, сняв Катю с работы, Самсон Семёнович пригласил её в ресторан есть суши. Это был не тот ресторан, в котором она работала, а другой, неподалёку. Катя никогда не пробовала суши. Она мучилась от стыда, ей казалось, все смотрят и смеются над тем, как она пытается ухватить ускользающий комок риса палочками. Катя так и не смогла толком поесть, зато напилась саке, и Самсону Семёновичу пришлось нести её на руках в машину. Остальное Катя помнила смутно, даже не могла точно сказать, было или нет. Он привез её в маленькую сумрачную квартиру, велел принять душ. Потом была кровать. Катя не чувствовала ничего, слышала его пыхтение, пока рассматривала ровный перламутровый потолок. Откуда-то она знала: так нужно, и теперь, после всего, Самсон Семёнович наверняка оставит её на работе. От алкоголя её разморило, и она уснула. Проснулась оттого, что Самсон Семёнович тряс за плечо.
— Спишь долго, — раздражённо сказал он. — Вставай. Ехать надо.
Покачиваясь от тошноты и головной боли, ещё пьяная, Катя оделась.
На улице Самсон Семёнович, пряча глаза и будто нехотя, выудил из барсетки купюру в двадцать долларов и протянул ей. Катя молча взяла, всё ещё плохо соображая, где она и что делать.
— Деньги есть на такси? — спросил он, глядя на Катю с жалостью и досадой.
Она помотала отрицательно головой.
— Стой, жди.
И он поймал для неё машину.
В следующую смену Самсон Семёнович объявил сотрудникам ресторана, что Катя принята в штат, с этого дня ей начисляется оклад и делятся на неё чаевые. Катя боялась, что Самсон Семёнович захочет повторить то самое, но он делал вид, что ничего не было, и никуда больше не приглашал её.
***
Катя сидела испуганно сжавшись, не зная, куда деть руки, стараясь не опираться в полный вес, чтобы не казаться Руслану тяжёлой. Колени у него были острые, неудобные, и Катя думала, что её зад слишком для них велик. Она вообще не чувствовала себя его достойной. Он был молод, не моложе её, но и не старик. Такого возраста, как надо. Хорош собой. Лицо красивое, как из журнала, уложенные один к одному тёмные густые волосы, тонкие губы, прямой нос. А глаза, глубоко посаженные, под густыми тёмными бровями были такие красивые, что Катя боялась в них смотреть.
— Купим тебе всё новое: одежду, обувь, сумочки. М-м-м-м? — шептал он и мял сначала её бок, плечи, вскользь задел грудь. — Брендовое! «Версаче», «Дольче Габанна», «Луи Витон». Тебе же нравится? Да?
— Да, наверно… — У неё перехватило дыхание.
— Косметику купим. Парфюм. «Кристиан Диор»? «Шанель»? Да?
Он отстранился и посмотрел ей в лицо. В животе у Кати что-то вспорхнуло и поднялось к горлу.
— Глупышка, ты же не знаешь этого всего. Да? Ничего. Я тебя научу. Стану твоим учителем красивой жизни. М-м-м-м? Будешь моей королевой! Да?
-------------------------------------------------------------------------
Приобрести сборник повестей и рассказов "Смотри, как я ухожу"
на OZON (бумажная книга)
на Litres (электронная книга)
