Она стояла посреди поля растерянно глядя в одну точку. Три журналиста услужливо тянулись к ней с микрофонами. Она интуитивно сжалась, ожидая, что сейчас произойдёт землетрясение. Правда, пока только на ментальном уровне. Её интервью оказалось самым коротким в её четырёхлетней президентской жизни. Ветер дул прямо в лицо и его напор с каждой секундой усиливался. Она думала, что её скромные возможности оказались несопоставимыми с её величественными планами. Мрачные тучи, казалось, опустились ещё ниже и начали надвигаться на неё тяжёлым строем. Казалось, что даже природа взбунтовалась против неё и её планов, поддерживая во всём неуступчивых гагаузов. Как она может контролировать ситуацию, если даже естественная среда ополчилась против неё?
Неважно, что Румынии как государства не существовало 165 лет назад, зато в ХIV веке появилось Княжество Молдавское. И кое-кто называл его «Великим». Зато языковых барьеров сейчас не существует. Румыния выросла, а Молдавия – вот уже как 30 лет уверенно дрейфует в сторону деградации. Румыния готова подхватить Молдову как перезревший плод. Принять в тёплые и ласковые объятия добродушного и дружелюбного соседа. Но жители Гагаузии оставались непоколебимыми на этот счёт – развитие без захватчиков. Свобода – без ярма. Все победы куются только собственными руками. Но почему они всегда, везде и во всём выступают против её разумных инициатив?
«Поэтому, – закономерно посчитала она, – государственным должен стать официальный румынский язык. Все законодательные и общественные институты власти следует переподчинить румынским структурам, давно проявившим и доказавшим свою эффективность. Это ведь так очевидно, – тревожно думала она, пыталась рассудительно подвести цепочку разрозненных мыслей к единому целому и доказать, что доминирование соседа несёт лишь благо. Закономерности управляют миром. И цифры. Это же такие очевидные выводы! Неужели их вижу только я?». Майя Санду оглянулась: широкая полоска поля, несколько деревьев и больше ничего. Ветер дул всё сильнее, растрепав её волосы и унося слова от микрофонов на другую половину поля, туда, где её слова никто не услышит.
Земля гагаузов прекрасна. Также прекрасна она была и 100, и 200 лет назад.
Сила и красота свежевспаханного поля так притягательна. Мелкий тёплый дождь косыми линиями перечёркивает воздух. Формирующиеся высоко тучи похожи на початки кукурузы. Кукуруза здесь растёт повсюду. Значение имеет только земля. Земля, которая помогает раскрывать твои лучшие способности. Вода, которая наполняет силой цветущие злаки. Ветер, который гонит пыльцу благодати с цветущих кустов и фруктовых деревьев. Нельзя не любить людей, живущих в Гагаузии. Нельзя не восхищаться ими. Твёрдость видна в обветренных лицах, сосредоточенная решительность слышна в каждом слове. «Земля гагаузов» будет и дальше процветать только при их трудолюбивом участии. И никакой Молдове, Румынии, ЕС их свободолюбие не отнять. Любовь к родной земле, привязанность к семье, родному очагу сильнее инстинкта самосохранения, стремления урбанизировать свои поля, засеяв их техническими средствами, а не семенами кукурузы, пшеницы или ржи.
Но где-то на краю поля, скрывшись за деревьями, притаились перед прыжком транснациональные корпорации, справедливо полагая, что они несут людям благо. Просто люди этого ещё не до конца не осознают. Передовые технологии значительно увеличат производительность труда, а слухи о том, что они катастрофически истощают почву – пусты и бездоказательны. Генно модифицированные семена, пусть и кажутся на первый взгляд безжизненными, но они устойчивы ко многим болезням и перепадам капризной природы. Нужно лишь донести правду людям, и они оценят по достоинству все преимущества цивилизованного обращения с природой.