Женщина звонит по телефону: «В холодильнике еда. В блестящей кастрюле красный борщ, в белой – эмалированной, уха. Все не разогревай. Надо налить в ковш, сколько тебе надо, и разогреть. Ковш в нижнем ящике кухонного гарнитура. В левом нижнем. Запомнил?
Белье в платяном шкафу, там же найдешь чистые футболки».
Вздохнула и подумала, что это в последний раз. Пусть привыкает жить самостоятельно, а она больше нянькой работать не собирается.
Почему-то грустно, а еще немного жалко того, кого оставила навсегда. Но надо было решиться, хватит резину тянуть. И так столько лет потеряно. Надо было давно уйти, нашла бы нормального мужчину, который создан для семьи.
До автобуса еще минут сорок. Отошла в сторону, где меньше людей, еще раз позвонила: «Меня не жди, выпишусь по Интернету, Наташка придет и соберет мои вещи. Она знает, где что лежит. Ладно, хватит ныть, у тебя всё впереди».
Муж у нее беспомощный в быту, как ребенок. Откроет шкаф и спрашивает: «Где мои шорты»? А они перед носом.
И так во всем.
Можно, конечно, сердиться и даже кричать. Но стоит взглянуть на его расстроенное растерянное лицо, как сразу злость проходит. У него, видимо, та часть мозга, которая контролирует обыкновенные действия в быту, отсутствует.
Мама передала сына как эстафетную палочку и вздохнула с облегчением.
Жена тогда вспомнила фразу из фильма, что при хорошей женщине и мужчина может стать человеком.
А она – очень хорошая женщина, однако ничего не вышло – не смогла человеком сделать.
Муж повис на ее шее, не в силах сделать ни одного самостоятельного шага. Идет жена, тащит на себе взрослого мужчину.
Кормит чуть ли не с ложечки, следит, чтобы оделся в чистое и даже помылся.
Прибирает за ним одежду и обувь, напоминает, что пора обедать.
Учила, говорила, заставляла что-нибудь сделать, стояла рядом и говорила: сначала то, затем это. Но не в коня корм. Все бесполезно.
Устала очень, даже депрессия появилась. Временами ненавидела это кроткое несобранное существо, которое называлось ее мужем.
Он живет в своем мире – мире каких-то компьютерных программ. И ему за это платят – единственное утешение!
Может сутками сидеть за компьютером, забывая все на свете.
А ей, молодой женщине, хочется жить, чтобы были интересные события. Но не оторваться от мужа, не вытащить его на улицу.
В автобусе разговаривать неудобно, вот и конечная остановка. До дома матери метров пятьсот.
Ждет мама, решение дочери одобрила – хватит возиться со взрослым неуклюжим ребенком.
Снова в сторонку. Звонить не хотела, но какая-то сила остановила, заставила вынуть из сумки телефон: «Будешь пить чай, знай, что чистая вода в пятилитровой бутылке. Чайник на плиту поставишь, никуда не уходи. Дождись, когда вода закипит, и обязательно выключи плиту, чтобы не было пожара».
Пошла по улице, смотрела на знакомые дома. На душе тревога, нет покоя: вдруг случится с ним что-нибудь страшное? И мать его, как назло, улетела к подруге во Владивосток: «Меня потеряет, огорчится, работать не сможет. Опрокинет на себя горячее, выпьет вместо воды уксус и умрет. О, Господи»!
Вернулась на вокзал, стояла у кассы в нерешительности. И душа невыносимо болела.
Купила билет, в том же автобусе возвращалась: «Может, он гений? Говорят, что все гении со странностями. Года через два или три весь мир о нем узнает».
Так утешала себя, как бы оправдываясь перед кем-то.
Тихо открыла дверь своим ключом, в комнату прошла. Видит – сидит муж, закрыв лицо ладонями. И компьютер выключен, что невероятно.
Подошла, положила руку на его плечо, вздрогнул муж, посмотрел: «Вернулась? Знаешь, тут подумал, что сломал твою жизнь. Я не тот, с кем жить можно, всё хорошо понимаю».
Как его оставить? Нормальные люди котенка выбросить не могут – маленького и беспомощного.
А тут человек, беспомощный и даже жалкий. Остается одно – верить, что не зря так сложилось. Значит, есть какой-то смыл. Ждать надо, когда этот смысл откроется.
А пока надо борщ разогреть. Муж компьютер включил, погрузился в свой мир.
Мать позвонила и назвала дочь дурочкой.