Все влюблены, и все крылаты,
И все поют стихи Булата.
На этом береге туманном
И смерти нет, и свет в окне!
Ю. Мориц
Простая песенка Булата
всегда со мной.
Она ни в чем не виновата
перед страной.
Поставлю старенькую запись
и ощущу
к надеждам юношеским зависть
и загрущу.
Евтушенко
9 мая 2024 года исполнится 100 лет Булату Шалвовичу Окуджаве. День рождения остаётся в тени Победы, поэтому я пишу заранее.
Он ворвался в нашу жизнь за пару лет в конце 50х. Здесь ему повезло. Страна оттаивала, пыталась осознать себя и появлялись первые магнитофоны.
А он пел, объясняя людям, что их жизнь имеет самостоятельное значение. Что она, такая как есть, полна красоты даже в быту. У него не было «Капитанов» Гумилёва, но он пел «Полночный троллейбус» , про пассажиров-матросов, про запах поджаристой корочки, про приятеля шофёра автобуса, о том как дежурить по апрелю. А самая первая сохранившаяся песня (1946 год) была про надежду, про то, что «на смену декабрям приходят январи» и о том, что голубой шарик улетел, но вернётся. Эти песни становились народными. Для нас давно из всех искусств важней кино и они пошли в кино, даже если не писались для фильмов.
«Неистов и упрям» в 75 году в к/ф “На ясный огонь”, «Сентиментальный марш» в “Июльском дожде”; Песенка об Арбате в “Покровских воротах”. А в 61 он написал первые песни для к/ф “Друг мой Колька” (Весёлый барабанщик).
Потом будет множество фильмов с его песнями написанными на заказ и выпрошенные режисёрами (на киноафише два десятка и того же Кольку и “Большую перемену” они забыли ).
Из 70х все помнят “Покровские ворота” ( Часовые любви, Песенка об Арбате , Живописцы ) ; “Звезду пленительного счастья” ( Песню кавалергарда ) ; “Соломенную шляпку” ( особенно О корнете и Женюсь ); “Золотой ключик” (особенно Алисы и Базилио ) и совершенно замечательные авторские переводы Осецкой к спектаклю “Вкус черешни” : Ах, пани, панове и К чему нам быть на ты, к чему
Окуджава 1924 года. Он принадлежит поколению выигравшему войну и выбитому войной. Похвастаться опытом взятия Берлина он не мог, война сама распределяет роли. Но он ушёл добровольцем и имел право писать о войне.
Он и писал. Марш из «Белорусского вокзала» пела вся страна и играли военные оркестры.
Это был гимн победителей, гимн людей спасших страну, сделавших всё что могли и не могли.
Но парады 9 мая была вещь не частая. Юбилейные 65, 70, 75. А военных песен у Окуджавы много. Не юбилейных. Лучшее, наверное, что он написал «Будь здоров, школяр». Но и песен, с самых ранних, было немало.
О Лёньке Королёве, Бери шинель , Вы слышите грохочут сапоги , До свидания мальчики…
Он был не столько воин, сколько философ. Он знал цену и людям, и войне. Знал настолько, чтобы ближе к концу написать:
“Что было, то было. Минувшее не оживает,
ничто ничего никуда никого не зовет…
И немец, застреленный Ленькой, в раю проживает,
и Ленька, застреленный немцем, в соседях живет.”
Он любил жизнь, не был оптимистом и осознавал своё предназначение.
Это и Молитва, и Моцарт, и Былое нельзя , и о Дураках…
По сравнению с Высоцким Окуджава написал мало песен. Но бог “ладони с его лба” не убирал. Не получались стихи — писал великолепную прозу.
У меня не получилось написать про многое. Сам я хожу и бормочу последние недели две “та мелодия, а поющих нет…”
А здесь оставляю цитаты “арбатского эмигранта”:
“Судьба ли меня защитила, надежно укрыв от огня?
Какая-то тайная сила всю жизнь охраняла меня.
И так все сошлось, дорогая: наверно, я там не сгорел,
чтоб выкрикнуть здесь, догорая, все то, что другой не успел“
“Среди стерни и незабудок
не нами выбрана стезя,
и родина – есть предрассудок,
который победить нельзя.“
“Молюсь, чтоб не было беды, и мельнице молюсь, и мыльнице,
Воде простой, когда она из крана золотого выльется,
Молюсь, чтоб не было разрух, разлук, чтоб больше не тревожиться…
О, руки были бы чисты! А остальное все приложится”
Вот за эти молитвы и помыслы стоят памятники Булату Шалвовичу Окуджаве
