Юлия Борисовна забрала недопитую бутылку, фрукты, и мы пошли к ней, в соседний подъезд. Слезы так и катились по щекам, а я слизывала их языком. Наверное в тот миг и пришло осознание того, что это все. Все, все, все. И не будет в моей жизни больше ни Димы, не его крепкого плеча, ни его нежных рук и губ. Но тельце мое начнет корежить позже. А в тот момент корежило душу. И тогда же я начала понимать то, что мужское и женское счастье, это совсем разные вещи. И скорее всего эти два счастья не пересекаются и даже не соприкасаются. И чем раньше ты это поймешь, тем легче будет жить. А мне это понимание давалось с болью. В своей кухне Юлия Борисовна накрыла стол. Такой хороший красивый стол, на котором было много еды и закуски. - Ешь, давай. А то слетим с катушек. И еще, хочу попросить тебя. Не бросай меня сегодня. Побудь со мной, мне очень плохо. Я понимаю, что и тебе не лучше. Поэтому давай поддержим друг друга. Если надо позвонить маме, позвони. Я пошла звонить, пока у меня был трезвый гол