На Украине в первую очередь мобилизация проходит в селах, ведь там военкомы могут делать все, что им захочется. В связи с этим, Лузановка Черкасской области осталась без мужчин призывного возраста. О реалиях украинских будней рассказали западные СМИ.
Председатель сельсовета Сергей Николаенко, с котором пообщались журналисты, посетовал на то, что, когда в село привозят тела погибших боевиков, то могилу выкопать некому.
Побывали журналисты и в соседнем селе – Каменка, где на данный момент проживают только дети и женщины. Удручающая ситуация наблюдается и в селах Западенщины. Тактика, которую применяют украинские военкомы, оставила некоторые села на Западной Украине практически без мужчин. О драконовских методах мобилизации рассказали местные жители журналистам The Washington Post.
Супруга одного из мобилизованных посетовала, что “людей ловят на улице, как собак”. Таким образом забрали и ее мужа.
“После того, как он остановился выпить кофе на главной дороге недалеко от Макова, к нему подошли солдаты и попросили документы. Несмотря на диагностированный у него остеохондроз и заболевание суставов, медкомиссия управилась с Валентином за 10 минут. Затем его отправили на линию соприкосновения, где он был ранен” – рассказала женщина.
Западные журналисты после того, как посетили села Западенщины, отмечают, что в этом регионе мобилизационная компания “сеет панику и негодование”. В частности, так происходит в маленьких сельских городах и деревнях, где военкомы “рыщут по опустевшим улицам в поисках оставшихся мужчин”.
При этом закон для местных военкомов не писан: 70-летний пенсионер пожаловался WP, что в Макове солдаты ВСУ регулярно останавливали и допрашивали его, несмотря на возраст.
Подобная тенденция сохраняется и в других областях Украины: недалеко от Купянска Харьковской области в селе Шевченково сотрудники военкомата “отловили последних мужчин”. По словам харьковчан, в регионе проживет львиная доля граждан, которые действительно ждут возвращения России. В связи с этим, военкомы пытаются призвать как можно больше людей в ВСУ, чтобы “уменьшить количество пророссийских людей”.