Накануне 18 ноября генерал-аншеф Суворов получает донесение от генерал-поручика Ферзена о приближении конца войны. Будучи обрадован этим известием он пишет в ответ: «Ваше Превосходительство, чудесные вести, одна другой радостнее! Господь Бог увенчай Вас полным окончанием; не упустите ни единого. Его Превосходительству Федору Петровичу Денисову мое покорнейшее благодарение».
По получении же извещения от 18 ноября об окончательном разоружении польских войск и взятии в плен 5 высших польских генералов, Суворов с нескрываемым восторгом восклицает: «Ура! Конец!», передает «братское целование» Денисову и приказывает «не упускать ни одного, на то казаки», велит готовить войска к выступлению на зимние квартиры по ближайшим дорогам.
19 ноября Суворов пишет поздравление с окончанием войны самому влиятельному человеку в Российской империи — фавориту императрицы Екатерины II Платону Александровичу Зубову, а 28 ноября, когда уже были собраны все цифры и сведения, пишет своему непосредственному начальнику фельдмаршалу Петру Александровичу Румянцеву-Задунайскому: «виват, Великая Екатерина, все кончено; сиятельнейший граф, Польша обезоружена».
Закончив с донесениями, Суворов торопится вывезти из Польши военное снаряжение и трофеи, а также, распределить свои войска на зимних квартирах, поскольку выпал уже глубокий снег и наступили морозы.
По числу выданных бывшим мятежникам паспортов до 1 декабря 1794 года выяснилось, что после взятия Варшавы под знаменами революции находилось 29,500 человек. Также, за паспортами явились 18 генералов.
30 ноября в Петербург приезжает посланный генерал-аншефом Суворовым к фельдмаршалу Румянцеву генерал-майор Исленьев с ключами и хлебом-солью покорившейся Варшавы.
1 декабря торжества по случаю окончания Русско-польской войны в Петербурге. При большом съезде двора, ведающий внешней политикой Российской империи граф Александр Андреевич Безбородко зачитывает «объявление о причинах войны с Польшей». Затем служится благодарственный молебен с коленопреклонением и пушечной пальбой. После молебна Екатерина II отведывает варшавские хлеб-соль, а потом этой же чести удостаивает дочь Суворова Наташу, которой сама Императрица их и подносит.
Затем всех приглашают на парадный обед, в середине которого объявляется о возведении генерала-аншефа Суворова в звание фельдмаршала. За здоровье Александра Васильевича все пьют стоя, при 201 пушечном выстреле; причем Государыня говорит о Суворове в самых любезных и милостивых выражениях.
Александр Васильевич получает от Государыни два рескрипта, в одном из них указано, что он сам себя произвел в фельдмаршалы своими победами, вопреки старшинству, отступать от которого Императрица не любит. А племянник Суворова князь Алексей Горчаков привозит ему фельдмаршальский жезл стоимостью в 15.000 рублей. Кроме того, Екатерина II жалует Суворову бывшее столовое имение польских королей «Кобринский ключ» с 7000 крестьян, тем самым увеличив состояние Александра Васильевича втрое.
Суворов очень тронут и своим новым чином фельдмаршала и всеми остальными почестями, поскольку исполнилась мечта всей его жизни. Во всех своих имениях он велит, через Хвостова, отслужить благодарственный коленопреклоненный молебен. Но не обошлось и без причудливой выходки со стороны новоиспеченного фельдмаршала. Перед освящением фельдмаршальского жезла Суворов приказал расставить в церкви стулья, через которые начал перепрыгивать, упоминая имена генерал-аншефов, которых он обошел на пути к званию фельдмаршала.