Родители Полины часто ездили за границу и брали дочь с собой. Казалось бы, какой языковой барьер при такой возможности практиковаться?
Однако Полина упорно молчала, несмотря на обучение в школе с уклоном в английский язык и череду сменяющихся репетиторов.
Родители очень хотели, чтобы девочка говорила на английском языке, поэтому изобретали разные способы. Помимо щедрых подарков-поощрений, ради которых Полина стоически терпела дополнительные уроки английского, были и радикальные способы. Например, за границей в ресторане она должна была сама заказать себе еду или купить билет в кино или аттракционы. Думаю, вы уже понимаете, что девочка предпочитала ковырять скатерть вилкой и отсиживаться вечером в номере. В общем, помноженный на подростковую застенчивость и неприятный опыт в школе, языковой барьер ещё и укрепился такими радикальными методами.
Когда я начала заниматься с Полиной, я не видела её улыбки примерно месяца три. Английский вызывал у неё практически физическую боль, и каж