Итак, это произошло. Пьяный водитель наплевав на закон сел за руль и сбил меня ранним утром. Жизнь разделилась на «до» и «после». Меня парализовало. Чувствовала ли я страх за будущее? Наверное нет. Что можно чувствовать, когда сам факт выживания под вопросом, твой позвоночник в трех местах сломан, а в венах капельница с сильным обезболивающим? Наверное, не очень много.
В первые дни я была где-то посередине между двумя мирами, и, приходя в сознание ненадолго, понимала, что все же жива. Но на чувства сил не было. Целой осталось только рука, левая. Остальное было раздроблено, вывихнуто и порвано. Но в моем разбитом, разрушенном теле, отчаянно цепляясь в проблесках сознания за возможность остаться в этом мире, жила душа. Я мыслю значит я существую, вспоминала я тогда «Голову профессора Доуэля».
Когда ты находишься в госпитале под чутким контролем врачей и медсестер, то все-таки находишься в процессе. В процессе борьбы за твою жизнь, процессе ежедневных мероприятий, графиков операций, исследований и процедур.
Помню, мечтала как смогу есть сама, сидя, запивая еду напитком, стакан с которым смогу держать в руках, что будет достаточно сил для этого. Тогда я услышала о том, что никогда не смогу ходить, шанс встать где-то около 0,001. И подумала, но ведь все же шанс есть! Без оглядок на цифры. Другим прогнозом было то, что я не смогу даже сидеть в инвалидном кресле без специального поддерживающего воротника.
Верила ли я в это? Не могу сказать точно. Знаю одно, что как только стало немного лучше, то начала искать информацию о людях, сумевших восстановить подвижность вопреки всем прогнозам. И их оказалось немало! Не было никакого волшебства. Результат давали упорные тренировки. Поэтому, как только силы позволили держать в руках хоть что-то, я попросила медсестру дать мне с полки шампунь. И начала поднимать руки. Было трудно, но даже одно поднятие банки прибавляло сил и уверенности.
Да, кстати, к середине третьего месяца пребывания в госпитале мне дали электрическую кровать. Руки стали уже немного сильнее. И с каким же удовольствием тогда я начала есть сама, запивая еду напитком.