Мы с подругой пришли вместе на один проект. Нас позвали, нам размечталось, какую красоту мы создадим: не спали ночами, раскрашивали идею красками, чувствами, энтузиазмом и нашей синергией.
Директор сказал, что возьмёт только одну, и мы решили, что не пойдём обе.
Неприемлемо и все.
–Ничего, значит не здесь, – поддерживали мы друг друга..
Каково же было мое удивление, когда мама подруги случайно проговорилась, что подруга согласилась.
Это было как-то обжигающе больно. Нам было не по «шешнадцать», отношениями мы дорожили сильно больше чем мифической карьерой, ну, как казалось мне.
Подруга потом убеждала меня, что работа была нужнее ей, да я и не спорила.
И что для дружбы это не помеха. Тут я спорила..
Мне неловко было слушать.
Получается, я их не видела – отношения во всем объеме, во всех оттенках и полутонах.
Дружеская слепота, она тот ещё симптом. Легко выливается потом во фразу «Я ликвидировала всех подруг» (помните Людмилу Прокофьевну?).
Слава богу, со мной этого не произошло.
Э