Автор Татьяна Ткачева
Петр Иванович смотрел в окно и видел большие лужи на асфальте. Весна никак не хотела начинаться. Ставшие уже почти черными горы снега, накиданные по обочинам дорог и тротуаров таяли медленно, крупинки соли хрустели под ногами утренних прохожих. Мартовский холодный ветер заставлял их наклонять головы вперед и идти как можно быстрее. Небо начинало светлеть. Может быть, уже сегодня распогодится и наконец выглянет солнце - так хотелось тепла, чириканья воробьев на ветках и запаха весеннего дождя.
Дочь ушла на работу, а Петр Иванович остался дома, он болел. Его тело перестало слушаться. Слабость, дрожь, тошнота - онкология не приговор, но все же, было страшно и от мысли «что дальше» становилось плохо. Ему казалось, что в его теле поселилось нечто чужое, незнакомое и умное, что жило своей отдельной жизнью и не обращало на него никакого внимания.
В общем, тело объявило ему войну, вернее война шла внутри его тела и совсем не с ним, но этого он не знал. Война не началась внезапно, как это бывает всегда, ее можно было предотвратить, ее могло вообще не быть, но так уж случилось, что одни человеческие клетки перестали доверять другим и те из друзей стали врагами, так ведь бывает и часто на пустом месте, из-за мелочей.
Был друг, а стал враг, а враг подлежит уничтожению. Сначала шли дипломатические переговоры, и можно было все уладить, но подозрительность и недоверие были, есть и будут причинами многих бед, ссор и потерь. Потом в ход пошли угрозы и шантаж - не помогло, подозреваемые упорно не хотели признавать себя виновными, агрессоры не успокаивались - война была неизбежна.
Наконец, командиры начали отдавать приказы, солдаты исполнили и война началась. Настоящая война внутри человеческого тела. Артиллерийские залпы, танковые атаки, бомбардировки с воздуха. Реки артерий несли отравленную кровь к здоровым органам. Противники стояли на смерть – опухоль росла.
Петр Иванович прислушался к своему телу – пока ничего не болело, но он знал – опухоль внутри, она затаилась, молчит, но строит коварные планы и хочет его уничтожить. Она его, а он ее. И здесь тоже никто не хотел сдаваться. Каждый считал себя сильней, умнее и дальновидней.
Он перестал доверять своему телу. Такое предательство… 60 лет он кормил, поил, обслуживал его и теперь вот так вот, под дых, ударом снизу, когда не ждешь. Таблетки, химиотерапия, народная медицина. Тело отвечало ему тошнотой, слабостью и внезапными головокружениями.
- Ну ничего, мы еще посмотрим кто кого, подумал Петр Иванович и переключился на другую заботу - своего соседа по даче.- Не человек, а зуб больной, зло подумал Петр Иванович и тут же охнул – кольнуло где-то сбоку. Михалыча он знал давно, еще с тех времен как нарезали участки.
Они дружили семьями, ходили в лес, выходные, отпуска, праздники – все вместе, через сетку-рабицу он целыми днями видел красную кепку Михалыча и цветастый халат Тоньки – его жены. Антонина пекла вкуснейшие шанежки с яблоком, смородиной и малиной. Посыпанные сахарной пудрой они таяли во рту у Петра Иваныча по воскресеньям, а по пятницам он сам угощал Михалыча «березовым соком», так он называл свой самогон, «чистый, как слеза гимназистки», - смеялся Михалыч, рядышком за общим столом смеялась Тоня, хрустя огурчиком и всем было хорошо, дружно и весело.
- Был же человек человеком, - думал Иван Петрович, да, видно, идут годы, меняется характер у людей.
Началось с подъездной дороги к их участкам. Собирали деньги со всех, равными суммами, а у Михалыча вдруг, не оказалось, пришлось раскидать на всех.
- Он не сдавал, а по дороге теперь ходит - несправедливо. Шлагбаум поставить, чтобы посторонние не заезжали, тоже не захотел – теперь сам в тишине спит, а кто за тишину платил? Нехорошо. Начались взаимные претензии, обиды и подозревал Петр Иванович, что Михалыч пускает кур в его огород, пока их на даче нет и вообще, ему завидует. Конечно, завидует, он кто? Беднота, работяга. Всю жизнь на стройке простым рабочим, теперь на даче круглый год – кур растит –яйца продает для прокорма. А я? Хоть и тоже на стройке, но я прораб. У таких как он всегда отчета требовал, а сейчас за него платить должен? Раз у него денег нет, кто виноват? Найди, займи, потом отдавать будешь. Нет, уперся рогом – не хочу, не буду, да кто ты такой? Все сдают и ты должен. Подожди, попомнишь ты меня, голубчик,- думал Петр Иванович строя коварные планы мести один хлеще другого.
Петра Иваныча вдруг замутило, он поплелся в ванную на ватных подгибающихся ногах - где-то глубоко в его печени одной партии клеток удалось взять в плен целый отряд.
Спустя полчаса, вытянувшись в постели, стуча зубами и утирая со лба холодный липкий пот, Петр Иванович поднял глаза к белому бездушному потолку в немой мольбе и бессилии.
А весна за окном и не думала начинаться. Облака на небе потихоньку чернели и превращались в тучи, пошел дождь, переходящий в снег. Природа будто бы разозлилась и вместо тепла и солнца посылала на город холодный ветер недоверия, претензий и обид. Ей казалось, что человечество сильно изменилось, особенно в последнее время и далеко не в лучшую сторону.
- Я им столько лет верой и правдой,- думала природа,- а они…злые самовлюбленные эгоисты. Не только обо мне, о друг друге не могут позаботиться. Нельзя же только брать ничего не отдавая взамен. Все ресурсы исчерпаны, воздух отравлен, реки загажены кругом хаос, зло и действует принцип «живем один раз». Куда пропала ответственность, доверие и забота? По радио объявили штормовое предупреждение.
В Тайланде цунами, в горах сход лавин, таяли ледники на полюсе.
А Космос тем временем наблюдал за планетой Земля. Не нравилась она ему в последнее время…
- Неужели так никто и не одумается, будет жаль, если сами себя погубят... Он вздохнул и послал на Планету еще немного Любви,- наверное, в последний раз….
А мы, когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом по сходству с Ним, а, когда становимся злыми, то отделяемся от Бога по несходству с Ним. Живя добродетельно, мы бываем Божиими, а делаясь злыми, становимся отверженными от Него - солнце скрывается от лишенных зрения.
Оказывается, Бог не мстит людям за их беззакония и не награждает их за добродетели. Как благоденствие, так и скорби являются лишь естественными следствиями законной или беззаконной жизни не только отдельного человека, но и - целых народов.
Наглядный пример этой связи духовного состояния человечества со всей природой - экологический кризис, в который люди ввергли свою планету всего за одно только столетие научно-технического прогресса.
Когда страшное цунами разрушило в Японии города и погубило тысячи жизней, известный тележурналист Владимир Владимирович Познер произнес в своей передаче удивительно мудрые слова: «Нет ли у вас ощущения, что многострадальная природа, в конце концов, начинает нам подсказывать, что у нее кончается терпение. Подсказывает разными способами. Неприятными. Я бы даже сказал — катастрофическими. Но - подсказывает.
Нет ли у вас ощущения, что мы все - люди - немножко забыли, что - мы, кто - мы, и от чего мы зависим? Я много раз говорил, что я - нерелигиозный человек, я - атеист. Но если посмотреть на легенду о Ноевом ковчеге с другой точки зрения - с той, что была какая-то высокоразвитая цивилизация людей, которые считали, что вот они-то - венец природы, а на саму природу хотели плевать. И тогда эта история чуть-чуть по другому читается, не так ли?»
Наверное, Владимир Владимирович удивился, если бы узнал, что его взгляд на причины природных катастроф почти не отличается от того, как их понимают христиане.
Ведь грех в жизни каждого человека как раз и является насилием над собственной природой, употреблением ее свойств не по назначению, пренебрежением к ней и к тому замыслу, который был вложен в эту природу ее Творцом. И конечно же, все природные катаклизмы, которые были в прошлом, происходят сейчас и, увы, будут происходить с человечеством в будущем, являются лишь закономерной реакцией природы на такое насилие.
Потому что мир вовсе не является некой абстрактной суммой составляющих его фрагментов. Это - единый организм, в котором разрушение одного компонента закономерно вызывает патологическое изменение и во всех остальных его частях. К пониманию этой истины современная экология уже пришла. Кто знает - может быть, через какое-то время наука сумеет в своих категориях объяснить зависимость катастрофических подвижек земной коры от грязных мыслей, злых слов, подлых поступков человека. Для верующих же людей такая зависимость всегда была очевидной и без всяких научных доказательств.
Но категорически неверно было бы пытаться объяснить землетрясение в Японии грехами одних лишь японцев. Причинно-следственные связи в духовном законе воздаяния могут быть настолько сложными, что в каждом конкретном случае их точно знает только Господь, Сам безвинно принявший страдания за чужие грехи.
Об одном лишь можно сказать с уверенностью: в силу органичной взаимосвязи всего сущего, каждый из нас своими грехами может «внести свой вклад» в любое стихийное бедствие, даже если оно происходит на другой стороне земного шара.
А потерпеть причиненное этими грехами зло могут и люди, впрямую к ним не причастные. Эту мысль Достоевский в чеканной форме выразил устами своего героя — старца Зосимы: «Каждый перед всеми за все виноват». И любые рассуждения о собственной вине несчастных, страдающих, потерявших все, что только можно потерять, японцев в постигшем их катаклизме, являются делом недопустимым для любого нравственно вменяемого человека. Потому что каждый из нас, возможно, «поучаствовал» в японском землетрясении своей неправедной жизнью.
К читателю
Всякий раз, когда в мире происходит катастрофа большого масштаба, - будь то авария на Саяно-Шушенской ГЭС или нынешнее землетрясение и цунами в Японии, - сразу же появляются) утверждения, что это - наказание Божье за конкретные грехи конкретных людей и целых народов.
Давайте же, основываясь на тексте Писания и его объяснениях у святых отцов, посмотрим - насколько такая логика соответствует православному пониманию Божьего наказания за грех.
Взгляд на ветхозаветную историю о всемирном потопе, можно найти у одного из самых авторитетных толкователей Библии - преподобного Ефрема Сирина. Упоминая о многолетнем и трудоемком строительстве Ноем огромного корабля, преподобный говорит удивительные слова: «Такой тяжкий труд возложил Бог на праведника, не желая навести потопа на грешников». Ефрем Сирин полагал, что Бог не желал потопа и ждал, что, увидев труд Ноя, они покаются. Такое понимание полностью согласуется с Евангельским образом Христа, который спасал и исцелял грешников, невзирая на недовольство иудейских законников, ожидавших от Мессии совсем иного поведения.
Может ли Творец и Спаситель человечества одновременно являться его же убийцей? Развернутым ответом на такой вопрос можно считать рассуждение преподобного Антония Великого: «Бог благ и бесстрастен и неизменен. Если кто, признавая благосклонным и истинным то, что Бог не изменяется, недоумевает, однако, как Он, будучи таков, о добрых радуется, злых отвращается, на грешников гневается, а, когда они каются, является милостив к ним, то на сие надо сказать, что Бог не радуется и не гневается, ибо радость и гнев суть страсти. Нелепо думать, чтобы Божеству было хорошо или худо из-за дел человеческих. Бог благ и только благое творит. Вредить же никому не вредит, пребывая всегда одинаковым.
А мы, когда бываем добры, то вступаем в общение с Богом по сходству с Ним, а, когда становимся злыми, то отделяемся от Бога по несходству с Ним. Живя добродетельно, мы бываем Божиими, а делаясь злыми, становимся отверженными от Него - солнце скрывается от лишенных зрения.
Оказывается, Бог не мстит людям за их беззакония и не награждает их за добродетели. Как благоденствие, так и скорби являются лишь естественными следствиями законной или беззаконной жизни не только отдельного человека, но и - целых народов.
Наглядный пример этой связи духовного состояния человечества со всей природой - экологический кризис, в который люди ввергли свою планету всего за одно только столетие научно-технического прогресса.
Когда страшное цунами разрушило в Японии города и погубило тысячи жизней, известный тележурналист Владимир Владимирович Познер произнес в своей передаче удивительно мудрые слова: «Нет ли у вас ощущения, что многострадальная природа, в конце концов, начинает нам подсказывать, что у нее кончается терпение. Подсказывает разными способами. Неприятными. Я бы даже сказал — катастрофическими. Но - подсказывает.
Нет ли у вас ощущения, что мы все - люди - немножко забыли, что - мы, кто - мы, и от чего мы зависим? Я много раз говорил, что я - нерелигиозный человек, я - атеист. Но если посмотреть на легенду о Ноевом ковчеге с другой точки зрения - с той, что была какая-то высокоразвитая цивилизация людей, которые считали, что вот они-то - венец природы, а на саму природу хотели плевать. И тогда эта история чуть-чуть по другому читается, не так ли?»
Наверное, Владимир Владимирович удивился, если бы узнал, что его взгляд на причины природных катастроф почти не отличается от того, как их понимают христиане.
Ведь грех в жизни каждого человека как раз и является насилием над собственной природой, употреблением ее свойств не по назначению, пренебрежением к ней и к тому замыслу, который был вложен в эту природу ее Творцом. И конечно же, все природные катаклизмы, которые были в прошлом, происходят сейчас и, увы, будут происходить с человечеством в будущем, являются лишь закономерной реакцией природы на такое насилие.
Потому что мир вовсе не является некой абстрактной суммой составляющих его фрагментов. Это - единый организм, в котором разрушение одного компонента закономерно вызывает патологическое изменение и во всех остальных его частях. К пониманию этой истины современная экология уже пришла. Кто знает - может быть, через какое-то время наука сумеет в своих категориях объяснить зависимость катастрофических подвижек земной коры от грязных мыслей, злых слов, подлых поступков человека. Для верующих же людей такая зависимость всегда была очевидной и без всяких научных доказательств.
Но категорически неверно было бы пытаться объяснить землетрясение в Японии грехами одних лишь японцев. Причинно-следственные связи в духовном законе воздаяния могут быть настолько сложными, что в каждом конкретном случае их точно знает только Господь, Сам безвинно принявший страдания за чужие грехи.
Об одном лишь можно сказать с уверенностью: в силу органичной взаимосвязи всего сущего, каждый из нас своими грехами может «внести свой вклад» в любое стихийное бедствие, даже если оно происходит на другой стороне земного шара.
А потерпеть причиненное этими грехами зло могут и люди, впрямую к ним не причастные. Эту мысль Достоевский в чеканной форме выразил устами своего героя - старца Зосимы: «Каждый перед всеми за все виноват». И любые рассуждения о собственной вине несчастных, страдающих, потерявших все, что только можно потерять, японцев в постигшем их катаклизме, являются делом недопустимым для любого нравственно вменяемого человека. Потому что каждый из нас, возможно, «поучаствовал» в японском землетрясении своей неправедной жизнью.