Сегодня отчего-то грущу весь день. Совершенно не понимаю, что происходит вокруг. Мамочка моя сторонится меня и не позволяет пить молочко. Да, я знаю, что большая девочка (мне уже год). Но так иногда хочется окунуться в детство… Ходила задумчивая. Свернула с журнального столика куст какой-то ботвы. Моя говорит, что этот цветок стоит больше, чем девять таких, как я… Нет, чтоб заметить, что милой кисуне плохо, что слёзки на глазах и печалька в душе. Нет, чтоб угостить внеплановой колбаской (не всё же мне самой тайком утаскивать со стола!) – не дождёшься. А повырвыркать на меня – это всегда, пожалуйста! И плачу и злюсь одновременно. Люди такие бестактные и совершенно невоспитанные. Ну, вот видит же, что мамуля моя рычит и отталкивает свою маленькую детку (то есть – меня).
Могла бы как-то повлиять на ситуацию. А не стоять рядом и твердить «правильно Перся, пора твоей дочуре подрасти, утром молочко пьёт у мамки – вечером женихов по двору выглядывает.» Я не выглядываю… Ну разве что совсем чуть-чуть. Там, довольно симпатичный котик иногда пробегает мимо. Почему мимо? Потому что моя мамуля грозно рычит на всех котов, что появляются в поле её цепкого зрения. Не мама, а кошка-терминатор. При том, что сама, каких-то несколько недель назад сидела под яблоней с не слишком комнатным типом подозрительной наружности. Фиии.
Приходил кормилец. Это мой питомец, приносящий вкусняшки. Сказал, что я грустная и, наверное, голодная. Но он торопился на какую-то там «работу», а моя питомица пропустила мимо ушей его намёк.
Снова попытка приблизиться к мамуле потерпела фиаско. Всё. Видимо меня здесь не любят. Сидя посередине мягкого ковра, приняла твёрдое решение – уйду от них. Пусть плачут и ищут меня. Пусть совесть (если такая имеется) не даёт им покоя днём и ночью. И мамуля моя пусть страдает. Вот! Я очень сейчас разозлилась! А с другой стороны, если я уйду, то мои игрушки, пакетики корма и мягкая кровать останутся здесь? Несправедливо устроен этот мир. Не хочу оставлять им свои личные вещи. В них живут воспоминания о безоблачном детстве, о том, когда мамуля грела меня и я, уткнувшись мелкими лапками ей в тёплое пузико, пила молочко. Знаете, я, наверное, хорошенько спрячусь. Пусть они думают, что навсегда потеряли меня. Пусть вызовут МЧС, и приступают к поискам. Там, где я буду находиться, точно никто не найдёт. Залезу в стол. Хорошенько продвинусь в самую глубину полки, и ни при каких позывных не стану даже усика своего высовывать. Посмотрю, как они побегают у меня. Пусть страдают! Пусть! Я требую отмщения, справедливости, и помощи от кошачей вселенной!
Вам, как моим друзьям, покажу этот укромный уголок. Смотрите. Здорово, правда? Здесь я буду сидеть, пока моя не выпьет всё успокоительное, пока кормилец не вернётся со своей «работы» и не объяснит ей, что в доме главная – я, а не её ботва, стоящая там, где должна находиться самая любимая кошка.