Еще в октябре мои страдания от артрита плавно переросли в простуду. Просто я жить не умею, посему простуда оказалась не просто простудой, а полной потерей голоса. В какой-то момент мне показалось, что не помешало бы этот вопрос решить, как-никак полгода без голоса очень не удобно. Моя тяга к душевому и кухонному пению была солидно подорвана, а петь про то, как я ушаночку поглубже натяну, мне не очень хотелось. По сути своей, голос начал портится с того, что сам по себе превратился в хронический хрип, говорить стало тяжело, больно, а говорить громко стало вообще не возможно. Моя терапевт при достаточно упорной попытке осмотреть моё горло, сказала следующее: «А, всё равно ничего не вижу, побрызгай горло люгoлью». Я купил замечательную жгучую байду и начал упорно брызгать ей горло. В ближайшие полчаса после брызганья, я не мог говорить даже шепотом. Но доктора нужно слушаться! Прошёл месяц, прошёл Новый Год и все праздники, голос абсолютно не становился лучше. Во время очередного моего прихода, терапевт посоветовала посетить ЛОРа. Записаться к ЛОРу оказалось еще сложнее, чем догадаться это сделать. Многочасовые звонки, ответы высокомерным гнусявым голосом и талон только июль. Но, о чудо! Если тихонько накапать, в данной ситуации, заведующей поликлиникой, то талон найдётся на ту же неделю, как и накапаешь.
ЛОР
Время 8 утра, на талоне волшебная надпись CITO и голос из-за двери: «Кожевников, заходите!». Я вошёл в кабинет и у нас начался длительный разговор.
– Ну, рассказывайте что с Вами
– В октябре вроде заболел, думал, что пройдёт, не проходит, решил, что пора к Вам зайти
– Ну, Вы громкость-то прибавьте, чётче говорите, Вас не слышно
– В том то и дело, я громкости прибавить не могу
– А, понятно. Ну что, будем горло смотреть или есть другие предложения?
– Ну, это Вы – доктор, Вам виднее
– Так, откройте рот, давайте, пошире а! Ну, что Вы, честное слово!?
– Слушайте, я хожу к Вам, на моей памяти, лет 15 и хожу достаточно часто, на всякий случай в очередной раз напомню, что у меня лицевой паралич вследствие опухоли в головном мозге
– А, да, помню! Но для этого есть другое решение
Она достала какой–то бумажный пакетик, открыла и извлекла из него предмет похожий на резиновый кистевой эспандер.
– Так, вот это вот, возьмите и зажмите между зубов
– ЭМММ…Это мы что, будем челюсть качать?
Ну, как говорилось в том анекдоте, таким бы… медку хлебануть! Резиновое кольцо благополучно поместилось ко мне в рот и я сумел его закрыть.
– Мда… Это нам не поможет
– Так фто, мне выфафкивать?
– Да, вытаскивай, вытаскивай, сейчас ещё кое–что принесу
Она вышла из кабинета и куда–то потерялась. Вернулась уже с какой–то пластиковой струбциной в руках.
– Так, сейчас попробуем вот этим твой рот открыть
– А это что такое?
– Да это… В общем, инструмент из гинекологии
– Я надеюсь, он не использованный?
– Ладно тебе, открывай рот
По поводу использованности инструмента мне не ответили, так что приходилось надеяться на его условную чистоту. Я открыл рот и эта замечательная блестящая струбцина встала между моих губ, но что происходило дальше наверняка поймёт большинство мужчин, представив смену сезонной резины. Дальше она вставила оставшиеся инструменты мне в рот и наш диалог превратился в монолог.
– Ну, боже ж ты мой, так скажи: МММ… Скажи: ЕЕЕ… Мда, ты горло, я надеюсь, ни йодом полоскал?
Кроме того, что «МММ…» и «ЕЕЕ…» звучали из моего расшаперенного рта примерно одинаково, произнесённое мной слово «люгoль», тоже шибко звучанием не отличалась. Но доктор умудрилась даже в таком звучании что-то понять. Она вытащила из меня все возможные инструменты и мы вернулись к диалогу.
– Новости у меня не очень хорошие: тонус связки с левой стороны совершенно отсутствует, учитывая твой паралич по левой стороне, восстановить его, скорее всего, не представляется возможным. Чтобы попробовать решить этот вопрос, я отправлю тебя к фонопеду
– А это кто?
– Это тот врач, прежде всего, который занимается голосом
– А каким образом занимается?
– Ну, вот сходишь и узнаешь. А ещё, Женечка, на будущее без самодеятельности, на обеих связках у тебя достаточно сильный химический ожёг, люголь тебе был абсолютно ни к месту
В тот день я умудрился в очередной раз расстроиться. Надежда на восстановление голоса, хоть и была слабой, но всё равно была, а тут..
Фонопед
Потеряв великолепный голос, я стал привыкать к тому, что больше мне не петь и решил довести своих соседей другим способом – купил губную гармошку. Ну, кроме того, что играть на ней не так уж сложно, при наличии базовых слуха и знания нот. Она еще не плохо тренировала дыхалку и доставляла музыкальное удовольствие. В целом, я окончательно поставил крест на своём голосе, но имея талон к фонопеду, я всё таки решил его использовать.
В коридоре напротив кабинета фонопеда не было никого, кроме меня. Я постучал в дверь, на стук мой не ответили, я дёрнул дверную ручку – дверь оказалась закрытой. Я сел и начал перепроверять бумаги, не ошибся ли я случайно датой и временем, оказалось, что не ошибся, вышедшая из соседней двери девушка – лор, сказала мне о том, что все пациенты, зачастую у доктора задерживаются, дверь она закрывает всегда и тот факт, что через дверь ничего не слышно, говорит только о качественной работе звукоизоляции. Я согласился согласиться с вышесказанным и сел ожидать. Через пятнадцать минут из кабинета вышла девушка лет сорока и голосом Вилли Токарева сказала: «До свиданья!».
Я услышал из–за двери красивый соловьиный девичий голос: «Кожевников, заходите!». Судя по голосу, доктор была девушкой лет двадцати пяти. Я вошёл кабинет, где на кресле сидела, как бы помягче сказать, милая маленькая бабуля. Я огляделся, может меня приглашал кто-то другой, но никого, кроме меня и бабули в этом кабинете не было. Я вновь услышал этот соловьиный голос, как оказалось из уст этой бабули: «Евгений? Присаживайтесь!». Я сел за стол, напротив меня было большое зеркало.
– Меня зовут Мавлюда Гайбуллаевна, я Ваш фонопед. Женя, я в «Барсе» посмотрела Ваши назначения, смысл мне в общем понятен. Тонус левой связки вернуть в целом не получится, но, давайте попробуем сделать так, чтобы разговор для Вас не был тяжёлым трудом
– Давайте попробуем, согласен на всё, кроме голодовки
– Женечка, а ты в детской кардиологии никогда не лежал?
– Да, всё детство там пролежал, даже работал там
– То-то я смотрю, мордашка у Вас знакомая, я ещё тогда, когда вас ко мне отправили, расстроилась, что у такого милого мальчика не слышит ушко
Вот те на, и «Барсом» она умеет пользоваться в отличие от молодых специалистов и события двадцатилетней давности помнит.
– Не помнишь меня?
– Мне, наверное, должно быть стыдно, но если честно, то не помню
– Ничего страшного, нечего тебе стыдиться, я тоже не всех помню, просто мы с Юленькой о тебе много говорили тогда
Признаться, я не сразу понял про какую «Юленьку» она говорит, только потом я вспомнил, что речь идёт о доброй фее Юлии Геннадьевне – заведующей детским кардиологическим отделением.
– Женечка, по сути, голосовые связки – это тоже мышцы и в твоём случае левую двигаться мы не заставим, а вот правую мы попробуем поднакачать, чтобы она до левой дотягивалась. Итак, Женечка, положи левую руку на грудь, а правую на живот, видишь, как я это делаю
Её левая рука лежала чуть выше солнечного сплетения, а правая в верхней части живота.
– Женечка, выдыхай носом, очень глубоко, максимально насколько сможешь и делай это по возможности так, чтобы вдох был не грудью, а животом.
Я максимально сильно вдохнул, в зеркало на меня смотрел лысый мужик с нарастающим брюхом.
– А теперь, Женечка, носом выдыхай, выдыхай, как можно дольше, чтобы живот глубоко втянулся. Так нужно сделать три–четыре раза. Тут прислушивайся к своим ощущениям.
Никогда раньше не догадывался, что вдох гораздо сложнее выдоха. Следующее упражнение было подобным, только на сей раз мы выдыхали ртом.
– Женечка–Женечка, немного не так. Делай губки "уточкой"
Я сделал всё, что мне было сказано. Увидев себя в зеркало, во мне проснулась мысль: «А может быть нынешние девушки с "модными" губами, являются тоже пациентками фонопеда». На следующем упражнении моя рука покинула грудь и начала делать всё те же упражнения, только закрывая одну ноздрю. Сначала закрываем левую ноздрю, ей же вдыхаем, ей же выдыхаем и так четыре раза, потом всё тоже самое с правой. Дальше всё тоже самое, но правой вдохнул, левой выдохнул. Кто бы мог подумать, что появятся такие интересные ощущения? Я почувствовал как мои ноги начали неметь, по рукам тоже пробежало лёгкая судорога. В глазах сначала немного потемнело, потом просто закружилась голова и всё это под жуткой отдышкой как при пробежке. Доктор заметила мою реакцию и сказала остановиться и немного отдышаться. После пару спокойных выдохов, мы вернулись к занятиям.
Следующее упражнение называлось «Свечи» .
– Женя, на не большом расстоянии от лица, поставь ровно перед собой ладонь, – на минуту мне показалось, что она шлёпнет мне по кисти руки с обратной стороны, чтобы я впечатался носом в свою ладошку, от этого мне стало смешно, – Так, Женя, резко вдыхаешь носом, попытайся разделить выдох на пять порций и неспешно задуй свечи, роль которых исполняют пальцы твоей руки
Я начал выполнять упражнение, оказывалось, что нужно было задуть пять комплектов таких свечей, т.е. задуть на двадцать пять пальцев. К концу упражнения я солидно устал.
– Простите… Простите… А можно я немножко… Ну это… Отдохну…
– Отдыхай, но не дольше одной минуты.
Я более менее отдышался, привёл дыхание в норму, но оказалось, что следующее задание было труднее предыдущего. Следующее задание тоже называлось «Свечи», правда на сей раз свечи стали «упрямыми». Принцип был следующим: также ладонь перед лицом, также задуваем каждый палец, но на сей раз свечи мы не просто задували, каждая свеча как будто не хотела задуваться, поэтому после спокойного задувания, нужно было дунуть на неё рывком. Я вам скажу даже больше, это всё на одном выдохе. Я начал понимать, что суть упражнения в том, что нужно учиться рассчитывать своё дыхание, в противном случае одного вдоха на все пять свечей не хватило бы. Горло пересохло, внутри начало першить, я пожаловался на это, и в ответ Мавлюда Гайбуллаевна сказала мне, что следующее упражнение как раз будет решать эту проблему. Далее было упражнение «Активные жевательные движения». Нужно было надуть полные щёки и начать жевать как будто с полным ртом, надо сказать, что накапливаемая слюна действительно успокаивала горло, но мешало здесь другое… Зеркало, стоящее напротив меня и демонстрировавшее мне «лысого хомяка». Очень тяжело жевать полный рот пустоты и при этом стараться не ржать.
Очередным упражнением было «Чайник». Нужно было чётко выпрямить спину, смотреть глазами прямо перед собой, начать мычать с закрытым ртом будто через нос, тем самым временем, опуская голову вниз подбородком к груди, будто мой нос - носик чайника и я озвучиваю, как оттуда при наклоне льётся чай. Дальше упражнение «Чайник» было усложнено. Чайник, находясь в центральном положении опускался вниз, то налево, то направо. Я скоро заметил, что опуская голову в левую сторону, звук у меня исчезал практически сразу, зато наклоняя чайник в правую сторону, звук, издаваемый мной, уже менее походил на жертвоприношение барана, а солидно напоминал человеческий голос.
Дальше меня ожидал «Северный инструмент». Что же такое это? Нужно было с закрытым ртом максимальным басом издавать звуки «Мам, Мум, Мым». Я начал замечать, что в процессе звуки стали более узнаваемыми. Ох, уж эти «Шаганэ», знают они как голос лечить!
Очередным занятием, уже больше для дома, было мычание знакомых мелодий, моя доктор начала петь: «Соловей мой, соловей». Не вспомнить момент в фильме «Курьер». Я просто не мог об этом не думать, из–за чего через моё мычание выливался мой смех с закрытым ртом. Но и финишным, не менее смешным моментом был дополнительный инструмент для занятий.
– Женечка, я понимаю, что у людей Вашего возраста, это редко пользуется популярностью, но если будет возможность, купи губную гармошку.
– А у меня есть!
– Но вот придёшь домой, возьмёшь её, как бы тебе это объяснить…, – я открыл свою сумку и достал оттуда футляр с губной гармошкой, вынул её изнутри и показал моему доктору.
Вот! Не только меня необычные тренировки могут удивлять, я тоже могу кого-нибудь удивить. Доктор с шокированными глазами смотрела на меня и пыталась подобрать, что бы мне сказать.
– Ну, Женечка, ты – молодец! Поставь пяточки вместе, а носочки врозь, сильно, насколько сможешь, издавай звук на вдох гармошкой, тем самым вдыхая воздух, а затем медленно и протяжно воздух выдыхай
Да уж... У кошки четыре ноги... Научусь и можно в переход идти, работать!
– В целом, это все упражнения, Женечка! Но я прочитала, что у тебя ожог связок есть. Кроме того голос твой звучит очень сухо и рвано.
– Да, есть такое дело
– Так вот. Я расскажу тебе кое что. Когда я училась в Ленинграде, Нашим преподавателем был очень интересный человек. Ты, возможно, знаешь Аркадия Райкина
– Конечно слышал, но лично не знаком
– Так вот, его брат, в начале своей карьеры был земским доктором и там он составил себе энциклопедию полезных народных способов лечения. Среди них были варианты полоскания горла маслом. Кедровое масло для того, оливковое для другого, подсолнечное – для третьего
– А, ну понял. А мне какое подошло бы?
– В твоём случае хорошо подойдёт оливковое, чтобы касание связок было лучше. Полоскаешь горло до приведения масла в состояние пенки!
– Спасибо Вам огромное! Пойду в магазин!
– И да, Женечка, через неделю отчёт мне в ватсап!
– Обязательно!
Я вышел из кабинета радостным. Причины были простыми, я снова дышал, мой голос хоть и был уставшим, но уже звучал гораздо лучше чем раньше. Остатки моей пенсии поддержали производство оливковых масел в Италии. И это тоже было не зря! Голос ещё не тот, но я дышу и говорю. Да, у меня всё получится, я сделаю это!