Однажды в городе, где почитались искусства и всё прекрасное, решено было провести состязание музыкантов и певцов… Призом лучшему назначена прекрасная лира, по преданию, принадлежавшая некогда самому Орфею… Съехались музыканты из многих городов, были участники даже из соседних стран… Многие мечтали овладеть "лирою Орфея".
Избранные старейшие из музыкантов и почитателей искусства, посовещавшись, сказали: "Победителем будет назван тот, кто более всех других вдохновит публику… И, подобно Орфею, сможет музыкой своею вызвать отклик природы".
Начался концерт… Музыканты исполняли свои произведения под открытым небом, на высоком холме, вокруг которого разместились многочисленные слушатели… Несмотря на множество исполнителей, усталости слушатели не испытывали… Паузы между выступлениями были достаточно велики… А исполнители искусны настолько, что каждое произведение оказывалось таким созвучным изменяющемуся "настроению" дня, что казалось, будто звучит сама природа.
С каждым часом льющийся солнечный свет был иным, а вместе с ним менялись и ритмы звучащей музыки, и тональность, и темп. Так что казалось, будто музыканты лишь делают громким, слышимым это тихое, разлитое во всём звучание неба, света, живой зелени вокруг… Звучало лето… День клонился к закату… Царила радость. И вот, на сцену поднялся очередной музыкант. Высокий, светловолосый, он запел на неизвестном языке… Негромко… В его руках был струнный инструмент, и редкие звонкие аккорды сопровождали пение…
Уже прослушавшие десятки исполнителей, слушатели вдруг стали ощущать нечто странное: многим стало казаться, будто наступила тишина… Наблюдая, можно было сказать, что люди начинали грезить: лица светлели, видно было, что слушатели как бы переносятся туда, где каждый из них был счастлив… Что это? Божественная сила или колдовские чары? Нет, этот необычный свет, эта просветлённость… Так бывает лишь во время искренней молитвы.
Да, эта музыка – молитва… Но о чем поёт он? Нашёлся человек, знавший это наречие: "Слова песни обращены к Божественной Матери. Певец выражает свою любовь к Ней"…
Голос умолк… Некоторое время слушатели сидели в тишине… Долго никто не решался продолжить музицирование…
"Иностранец" заставил всех вдруг забыть о цели собрания… Соревнование внезапно показалось ребяческой затеей, забавой… Некоторые стали подниматься и уходить… Но концерт продолжился. И после недолгой паузы был объявлен победитель. Им стал местный арфист, покоривший всех дивным звучанием инструмента, вызвавший бурный восторг публики и, как казалось, даже подаривший ощущение прохлады в жаркий полдень…
Но большую часть публики результат состязаний уже мало интересовал… От концерта осталось очень необычное впечатление… Об этом не говорили, ибо подобного не знали…
Прошло время… Что-то изменилось в атмосфере города… В городе, где любили всё прекрасное, то тут, то там повелись разговоры о бессмертии, о невидимых "проводах" мысли, соединяющих всё живое, о незримых исцеляющих лучах… Стал расцветать интерес к познанию, открывались новые школы. А в некоторых местах стали переписывать и напевать молитву, переведённую кем-то с неизвестного языка. Звучала она примерно так:
"О Великая Мать, Пусть единственное, что ощущаю я своим, будет поющее Тебе сердце… Пусть все чувства мои сольются в одном – в пламени любви к Тебе… Пусть единственным деянием моим будет непрестанное служение Тебе… Но что слова! Пусть все звуки мира цветами лягут к Стопам Твоим! И да откроются очи всех живущих к сиянию Твоему. Всё, всё – Ты, О Мать, о Возлюбленная…!"
Автор Гореликова М. В.