В этом поступке не было никакого смысла. Однако Эмманюэль Макрон его совершил. Он снова произносил речи с нотками угрозы, которые вызывают как острое раздражение, так и полное недоумение. Без сарказма заметим, что ничего невероятного в этом нет. Просто показная враждебность и отсутствие дружелюбия, если исходить из его речей и поступков, перерастали во всё новые профессиональные качества умелого политика.
Недовольная улыбка словно приросла к лицу. Однако плотно сжатые тонкие губы президента куда более очевидно выдают его внутреннюю нервозность. Перед мысленным взором застыл частокол из неприглядных цифр. Вы только подумайте, рост промышленного производства во Франции в прошлом году почти прекратился, а в 2024 рост ВВП едва смог доползти до 0,8%. Всё это не могло улучшить настроение. К тому же, к холодному душу из безобразных цифр, примешались неприятные новости из бывших колоний. И буквально везде замешана политика. А также экономика и технологическое развитие общества.
С колониальной точки зрения у Пятой республики в Африке накопились проблемы, часть из которых переходит в категорию неразрешимых. Если раньше регион Сахеля придавал ритм и ускорение французской экономике, то теперь эта бездонная бочка с бесплатными ресурсами практически потеряна. В Алжире крутят носом из-за ерунды – “OAIC” (Государственное агентство АНДР по закупкам продовольствия) отказалось от импорта пшеницы из Франции. Конкуренты, растолкав локтями французских сельхозпроизводителей, уже зашли на этот привлекательный рынок. В Египте заработала зерновая биржа, где торги открылись с российской пшеницы и предполагается, что дальнейшая торговля будет проходить только за российскую валюту. Когда неприятности суммируются так быстро, поневоле возникает головная боль. Макрон поморщился.
Треть атомных станций стоит. Нужен уран. Нужно влияние. Нужно повысить эффективность управления. Нужно… Тревожные звоночки уже звенели у него в голове во всю громкость. Президент ещё сильнее сжал губы. Издалека его большой рот искривился и стал похожим на небольшую кровавую змейку. И везде его пытаются вытеснить, ограничить, обессилить, унизить. И везде его интересы пересекаются с другими участниками и игроками. Вернее – всего с одним игроком, – поправил он себя уже без былой уверенности, – Но, разумеется, – менее сильным, чем высокоразвитая и ориентированная на международный рынок Франция. Франция – это всё-таки седьмая по величине экономика в мире! И с её мнением все считаются!
Это – Россия.
Он снова был бесконечно уверен в себе. Его тактика и стратегия, в конце концов, принесут долгожданную победу. Противник обложен запретами и санкциями. От него отвернулись во всём цивилизованном мире. Но тогда как объяснить ту чепуху, которая творится вокруг Елисейского дворца? Президент опустил голову и повторно посмотрел на географическую карту мира, вернее на то место, где расположился его извечный враг, противник, недруг, зложелатель. Затем медленно и чётко произнёс одно слово: Россия…