Канцлер Германии Олаф Шольц во главе большой бизнес-делегации прилетел в Китай. У него были переговоры с Си Цзиньпином, председателем КНР. Они обсуждали палестино-израильский конфликт, конкурентные условия для немецких компаний и украинский кризис. Шольц в ходе визита призвал не обходить санкции и не помогать РФ оружием. На что Си Цзиньпин очень мудро и спокойно ответил, что Китай поощряет все усилия, ведущие к мирному решению кризиса, и поддерживает своевременный созыв международной мирной конференции, признанной и Россией, и Украиной, с равноправным участием всех сторон и справедливым обсуждением всех вариантов мирного урегулирования. Си Цзиньпин похоронил «формулу Зеленского» и поставил «мирные переговоры» по Украине в Швейцарии под большой знак вопроса. Дал понять, что если не будет России в Швейцарии на конференции, то и Китай не поедет. А Швейцария не собиралась приглашать Россию. Шольц эту реплику «проглотил».
Сергей Михеев: Я не знаю, поедет Китай или не поедет, но заявление очень важное, потому что к «формуле Зеленского» это не имеет никакого отношения, и к нереалистичной позиции, которую занимает Запад, тоже. Что касается Шольца, который реплику «проглотил»: он поехал не за тем, чтобы убеждать Китай признать «формулу Зеленского»(понятно, что никаких шансов на это нет),а поехал за деньгами, проектами, экономикой. В результате происходящего вокруг Украины немецкая экономика начинает сыпаться.
Не то, чтобы они все помрут с голоду, но ситуация становится хуже, и перспектив ее улучшения не видно. Поэтому Шольц, Макрон ездят в Китай в первую очередь для того, чтобы попытаться что-то сделать, для поддержки своей экономики, чтобы остановить ее падение или дать ей минимальный рост. Если ты едешь для этого, то можно выбрать другую тональность. Но нет! Это исходит из векового убеждения Запада в том, что он на вершине мира, он главный, все его должны слушаться.
Большую роль сыграл, к сожалению, распад Советского блока и довольно долгое признание Россией приоритета западных интересов и готовность слушаться. Они и раньше этим страдали, а 1990-е и 2000-е годы внушили им «сказочную» уверенность в том, что их никто не имеет права ослушаться. Это мешает им адекватно посмотреть на мир. Вместо того, чтобы переосмыслить западную модель, они начинают всем угрожать, а угрожать нечем.
Шольц приехал поговорить об экономике, тем более, что у него в правительстве проблемы. Некоторые в Германии начинают поговаривать о досрочных выборах, но думаю, что до них не дойдет. Ты как-нибудь подыграй тем людям, к которым приехал за деньгами! Но нет, Шольцу всё равно надо что-то сказать про Украину! Заявление Китая однозначное - по основным политическим вопросам пока китайцы придерживаются однозначной позиции.
По поводу немцев: китайцы потихоньку выкупили значительную часть немецкого автопрома: он как бы немецкий, но на самом деле давно не немецкий.
Шольц еще раз показал свою несамостоятельность как политическая фигура. Главный «локомотив» экономический Европы, Германия слово в слово повторяет то, что говорила, когда приезжала в Китай Джанет Йеллен. Она указывала Китаю, что ему нужно делать в промышленности, как ему кормить почти полтора миллиарда населения. Слово в слово повторил за ней Шольц. Сказал, что «мы обеспокоены демпингом и перепроизводством со стороны Китая, конкуренция должна быть честной, чтобы у наших компаний не было никаких ограничений. Но и вы сделайте так, чтобы поменьше китайских товаров приезжало в Германию». Си Цзиньпин ответил, что надеется, что Германия обеспечит справедливую, прозрачную и недискриминационную деловую среду для китайских компаний. То есть, «мы работаем - не мешайте нам работать».
Сергей Михеев: Говорят, что Шольца встречал заместитель мэра города. «Большой почет»!
Некоторые китаеведы оправдывают, что это на уровне замминистра.
Сергей Михеев: Это примерно так: прилетел бы к нам руководитель Германии, а его встречает заместитель мэра Екатеринбурга по хозяйственной части. Даже не Москвы или Санкт-Петербурга! Это очевидное отношение к европейцам. Запад - пока еще самая мощная конгломерация, но его перестают уважать, им перестают восхищаться, ему перестают завидовать и на него перестают ориентироваться.
У Запада есть три пути: 1. по инерции затухать; 2. переосмыслить себя и предложить что-то новое, но пока я не вижу у западной элиты такой способности; 3. начать большую войну, о чем у нас говорят, но я скептически к этому отношусь. Во что верит Запад? Он верит во власть, но она основывается на модели безопасности, комфорта и благосостояния. Большая война всё это ставит под смертельную угрозу. К сожалению, это тоже возможно. Что принесет война? Если бы могла быть такая война, которая вернет Западу власть над миром и его однозначное превосходство, но в нынешних условиях такая война невозможна. Возможна война, когда «сгорим все вместе». Готов ли к этому Запад? По-моему, нет. Хотя фактор сумасшедшего нельзя сбрасывать со счетов.