Темной ночью дед Тимофей сидел в засаде и ждал. Рядом лежало ружье, заряженное крупной солью.
-Повадились, понимаешь, черти, кукурузу топтать! - рассказывал он днем деду Егору, - Кажный вечер ходят и топчут.
Егор хмыкал и задумчиво чесал затылок.
-Что же, не пропадает рази ничего?
-Да больше топчут, чем воруют! - жаловался дед Тимофей, - Черти полосатые! Оно ведь у людей как: захотел кукурузу - посади ее сперьва, вырасти, а потом и урожай сымай! А эти что? К чужому добру тянутся!
-Это верно, землю сперва уважить нужно, - кряхтел дед Егор, - А может, дети повадились к тебе в огород бегать? А, Тимофей?
Дед Тимофей качал головой, не соглашался.
-Не дети это, Егор. Дети за яблоками в сад лезут - я им там скамеечку у забора поставил. Соберут себе в кармашки падаль, а дерево не трогают. Нет, не они это.
-А ты капканов поставь туда, - советовал Егор, - Полезут топтать - и попадутся.
-А ежели кошка туда попадется или зайчишка какой неразумный? Кровью ведь истечет, жалко будет. Нет, капканом нельзя.
Тимофей замолчал. Погладил мирно спящую на его коленях Маньку.
-Посади свое сперва, - в сердцах сказал он, - И топтать потом не захочешь. Чужой труд всегда легким кажется.
-Зато Борьке твоему раздолье, - заметил дед Егор, - каждый день у него теперь в сарае пир горой.
-Это верно... Пойдем, я тебе кукурузной ботвы дам. Устроишь праздник курям своим...
Темной ночью дед Тимофей сидел в засаде и ждал. Рядом лежало ружье, заряженное крупной солью.
Чуть поодаль сидела бабка Матрена. Рядом с ней стояла огромная дубовая кадушка. В ней по осени Матрена солила грибы, капусту, огурцы.
-Ты, главное, не спугни их, - наставлял Матрену дед Тимофей, - А то испужаются и убегут - так и не узнаем, кто ходил.
-Шшш... Идут, кажись...
И правда - у дальнего забора мелькнул луч фонарика. Заросли кукурузы зашелестели, будто от сильного ветра. Кто-то быстро продвигался вперед, ломая кукурузу и приминая ее к земле.
Дед Тимофей вскинул ружье, прицелился.
-Матрена, на изготовку! - скомандовал он шепотом, - Стреляю! Пли!
-Ай!
Раздался еще один выстрел. Крича, как индеец из племени команчи, бабка Матрена кинулась в атаку.
Вора она настигла уже у забора. Тот бежал, припадая на правую ногу.
С криком "Попался" баба Матрена накрыла беглеца бочкой.
Дед Тимофей неспеша подошел к лежащему на земле человеку.
-Ну-ка, поглядим, что за клопы кукурузные тут у нас завелись?
И он посветил фонарем в лицо воришки.
-Гриня! - ахнул дед, - Гришка! Ты что делаешь тут ночью? Да еще и без порток?
Лицо Гриши было искажено злобой. Он держался руками за пятую точку и озирался по сторонам, как загнанный в угол зверь.
-Батюшки! А у меня в бочке кто ж сидит тогда? - Матрена, всплеснув руками, осторожно приподняла кадушку. Под ней обнаружилась Аксинья - соседка с нижней улицы. В одной сорочке.
-Вот тебе и клопы! - растерянно сказал дед Тимофей, опуская ружье, - Что же, места другого не нашлось для вас?
-Дед Тимофей! Бабушка Матрена! Христа ради, не выдавайте меня Ваньке моему! - взмолилась Аксинья, запахивая на груди сорочку, - Бес меня попутал, не хотела я! Это он все, черт рыжий, он...
-Да уймись ты, - заорал в бешенстве Гриня, поднимаясь с земли, - Говорил тебе - не включай фонарь! Что я теперь Глашке скажу?! Ой, засмеют меня, ой засмеют... Чем стрелял ты в меня таким едким, дед?
-А солью! - сказал дед Тимофей, - В бочке посидишь сегодня - она и выйдет вся к утру. Глашка авось и не заметит.
Глашка и в самом деле ничего не заметила. Деток маленьких много, забот полон рот.
Правда, поговаривают, что с этого дня она на ночь запирает Гришку в бане. Чтоб на чужое добро не зарился.
А дед Тимофей с бабкой Матреной живут себе спокойно и по сей день. Кукурузу у них больше никто не топчет.
Рассказ "Одна жена"
Начало здесь
Друзья, ваш лайк для меня - лучшая награда! Спасибо, что читаете)