Автор: Покусанная Музом
Корректор: Ворчливый Филолог
Северус вернулся к себе домой в хорошем настроении. Шашлык от дяди Гурама и маленькая бутылочка красного сделали своё дело — о визите Святой Севочки было забыто, люди вокруг стали как всегда противны (хотя пару часов назад были отменно омерзительны), и можно было спокойно общаться с умным человеком — естественно, с самим собой.
Однако, придя домой и обнаружив там храпящего и пускающего слюни во сне Душнильного Долбоящера, Снейп почувствовал, как в его груди лопается воздушный шарик. Он даже слышал этот звук, с которым шарик летал по организму. Или это был некачественный шашлык… да нет, дядя Гурам не мог приготовить некачественный шашлык, определённо это воздушный шарик плохого настроения. А с плохим настроением надо бороться. Северус взмахнул палочкой, и спящий Долбоящер поднялся в воздух и подлетел к окну. Зельевар уже хотел отправить его вслед за соратницей, но резко вздохнул и отменил заклинание — Долбоящер приземлился на пол и проснулся. В его глазах плескался испуг. Снейп (исключительно из–за бутылочки красного) решил не пугать человека ещё сильнее и убрал верёвки. Душнильный Долбоящер зарыдал.
— А я ведь как Невилл…испугался вас… — сквозь рыдания проговорил Долбоящер. Но уже через несколько секунд слёзы высохли, и он оседлал своего любимого конька. — Правда, мой страх был обоснованный, а у Невилла нелепый. Ведь вы, как истинный учитель, постоянно обучали и защищали учеников. И никому ничего плохого не сделали.
Снейп нахмурился, но не стал перебивать поток восхваления. За годы странствий он ознакомился со многими вещами, в том числе и с маггловской психологией, и раздел с фобиями не упустил из виду. Насколько он помнил, фобия является иррациональным, неконтролируемым, паническим навязчивым ужасом, который без работы со специалистом практически невозможно преодолеть. А Лонгботтом со своим объектом страха, то бишь им, Северусом Снейпом, регулярно встречался и даже худо-бедно пытался варить зелья. Естественно, получалось не очень, но в его ситуации… жаль, что тогда он всего этого не видел. В настоящее Северуса вернул голос Душнильного Долбоящера:
— Люпин был одним из четырёх Мародёров и поступил по-мародёрски. А ему надо было всего лишь повести себя как настоящему учителю: подойти к Невиллу, улыбнуться, похлопать его по плечу и попросить подумать, вдруг он обнаружит, чего ДЕЙСТВИТЕЛЬНО боится. Гарри же вон вспомнил про дементора, значит, и Невиллу бы подсознание выдало бы что-нибудь другое, то, чего он по-настоящему боится, если бы он как следует подумал.
— Извините, любезнейший, что прерываю ваш поистине прекрасный монолог, — хоть Снейп и был вежлив, но в его голосе было столько яда, что, казалось, он одним предложением сможет отравить всё живое в радиусе нескольких миль вокруг. Долбоящер остановился на полуслове и испуганно захлопал глазами. —Но вам не кажется, что вы только что обесценили детский страх? Возможно, для вас это нелепо, но бывает такое, что ученики боятся преподавателей, со временем этот страх уходит. Или не уходит, но человек с этим спокойно живёт. А вы же пытаетесь доказать, что страх Лонгботтома нелепый и неразумный.
— Но ведь Невиллу уже тринадцать лет! — с жаром продолжил свою речь Долбоящер. — Заметьте, тринадцать, я не вру, у него день рождения на день раньше дня рождения Гарри! А вот Люпин врал, он говорил, что Джеймсу пятнадцать, а на самом деле ему было шестнадцать, а за такое враньё надо по меньшей мере в Азкабан посадить! Ведь здесь налицо попытка выставить своего друга эдакой неразумной деточкой, не ведающей, что творит!
Снейп поднял левую бровь.
— Ах да, я отошёл от темы, простите-простите! Так вот, Люпин мало того, что врун, так ещё и непрофессионал! Он унизил вас! Если уж он так хотел показать именно вас в качестве страха мистера Лонгботтома, то не надо было бы наряжать вас в платье бабушки! Надо было сказать: «Невилл, представь, что профессор Снейп улыбается».
«Думаю, моей улыбки даже слизеринцы испугались бы», — подумал Снейп. В этот момент Долбоящер произнёс целую речь, сводящуюся к тому, что страх у Лонгботтома был нелепым и вообще, в тринадцать лет стыдно бояться преподавателей. Это было смешно. И даже все гриффиндорцы душно…
— Что-что вы сказали, милейший? Какое последнее слово? — Снейп оставался вежливым только из-за того, что представлял себе большую красивую наполненную до краёв бутылочку белого. И хинкали. О да, хинкали со вкусным нежным сыром, тающим во рту. Слегка поджаренные на сковородке. Настолько вкусные, что хочется съесть даже хвостик, хотя его и не едят.
— Я сказал, гриффиндорцы ДРУЖНО над ним посмеялись.
«Ах дружно. Из-за этих хинкалей я уже слова не различаю», — подумал Снейп. И стал думать о хачапури. Лодочкой, с яйцом по центру. О, как прекрасно отломить кусочек хрустящего хлеба и макнуть его в яйцо. А сыр нежно тянется…м-м-м-м… наслаждение…
В мыслях о хачапури Северус пропустил какой-то непонятный поток сознания, почему-то связывающий мисс Лавгуд (точнее, уже миссис Скамандер), луну, небесные тела и большие буквы. Решив, что это специфические заморочки русских и буквально заставляя себя не думать о медведе с водкой, матрёшкой и балалайкой, Снейп переключился на речь Долбоящера.
— Можно было бы строго предупредить, чтобы ученики о подробностях урока молчали и никому не разбалтывали. Ведь дети послушные, потому что учитель им велел молчать. Сами же вы, будучи подростком, молчали и никому не рассказывали о том, что Люпин — оборотень, даже Лили не рассказали.
— Ну, предположим, не рассказал, но всячески намекал, насколько я помню текст книг, в последней части это отражено. И как вы себе представляете — целый класс не расскажет про то, что произошло на этом уроке? Меня ненавидела почти вся школа, у той же мисс Патил сестра на соседнем факультете училась, плюс она и мисс Браун заядлые сплетницы, да и у Поттера были приятели у барсуков. А у Уизли младшая сестра, которую он мог захотеть подбодрить перед моим уроком. Да и сам Лонгботтом мог бы поделиться радостью от своей победы над боггартом.
— Нет, дети с серым веществом ничего бы не сказали, если бы их попросил преподаватель. Я вам это заявляю, как человек, который ЯВЛЯЕТСЯ, а не кажется знатоком книг по Гарри Поттеру, прочитавшим их даже на языке древних мамонтов. И вообще, я эксперт по душнильному мастерству. Меня оценивала комиссия из десяти англичан, один из которых математик, а второй доктор философии. Я обучался в школе экспертов и сдал на отлично экзамены по передёргиванию, двойным стандартам, оскорблениям людей и высмеиванию их профилей в соцсетях, а также защитил дипломную работу на тему «Душнильство как стиль жизни». Поэтому… профессор, что с вами, профессор?
Снейп закашлялся. Оказалось, его мысли о хачапури были настолько сильными, что он аж захлебнулся слюной. С этим надо было что-то делать. Один взмах палочкой — и Душнильный Долбоящер улетел в неизвестном направлении. Может, к Святой Севочке, а, может, вообще на Северный полюс. Снейпу на это было наплевать, ведь его ждал вкуснейший хачапури и две! Нет, три! Три бутылочки белого!