Перемены к лучшему и худшему периоду одновременно случились там, откуда не ждали. Я встретила мужчину, который более 10 лет живёт абсолютно трезвую жизнь, без наркотиков и алкоголя. Кстати, тогда же от него и услышала впервые про анонимных алкоголиков, ему это помогло. Я полюбила его сильно. По-настоящему.
Про свои зависимости и проблемы с головой естественно умолчала. И для того, чтобы быть вместе с ним, я с помощью психолога, лёгких антидепрессантов и силы воли ушла в максимально нормальную для меня трезвость на полтора года. Сейчас могу сказать, что на самом деле это были самые сложные полтора года. Потому как я была трезва, но каждый день меня не покидало ощущение, что я схожу с ума. Мне приходилось "на зубах" не показывать свои страхи, тревоги, комплексы, панические атаки.
Поэтому, когда он предложил закончить отношения, я не удивилась. Я всегда знала, что такую как я любить-то невозможно и не за что. Но поскольку расставание совпало с осознанием того, что в трезвости жить я не могу, психология и психиатрия с фармацевтической поддержкой мне не помогает, то я вернулась к употреблению на поражение.
На самоубийство мне не хватало смелости, поэтому я начала пить так, чтобы умереть. Три месяца плотного употребления алкоголя и наркотиков практически в одиночестве. Мне нужно было ещё немного времени и, либо я умерла бы от передозировки, либо в состоянии опьянения всё же смогла бы покончить с собой. Если сейчас подумать, почему я тогда остановилась и обратилась за помощью, я не знаю точно. Наверное, потому что я трусиха. Тот день, когда я пошла проверять, открыт ли выход на крышу в 20 этажном доме, был поворотным. Я знала, что если там открыто, то, выпив ещё пару бутылок, я смогу шагнуть. Находиться внутри своей головы на тот момент было невыносимо. Дверь была закрыта, и я позвонила в скорую помощь.
Так я впервые оказалась в закрытой палате психиатрической клиники. Со сломанным в запое носом и абсолютно разбитым лицом, так как на днях, напившись, упала так, что чудом не сломала шею. До этого я думала, что нахождение в психушке преувеличивают всякими страшилками, и что медицина 21 века шагнула вперёд. Не шагнула. Или мне специально так "повезло", потому как те условия, в которых я оказалась, трясясь от похмелья, помогли мне протрезветь максимально быстро во всех отношениях.
Я прошла через помывку из шланга санитарами мужчинами, которые не стесняясь комментировали мою внешность и описывали все синяки и шрамы так, как будто я уже была мертва. Я оказалась в палате на 15 женщин разной степени безумия, и посередине этой палаты стояло пластиковое ведро для туалета, потому как выходить в нормальную уборную мы могли только с сопровождением, а медсестры не хотели тратить время на то, чтобы нас отвести и приходилось ходить в ведро. Мы спали со светом, чтобы за нами было проще наблюдать. Окна не открывались в принципе, чтобы никто не простыл от сквозняков. Кормили там же в палате, строго по времени и нужно было успеть поесть в течение 10 минут. Жёсткими транквилизаторами обкалывали дважды в день. У меня было двойственное чувство, с одной стороны я максимально быстро протрезвела и поняла, что это вот точно то самое дно, ниже которого лично мне падать уже некуда, и, занимаясь самобичеванием, я думала, что заслужила такой опыт.
Тогда я ещё не знала, что алкоголизм – не дурная привычка, за которую нужно быть наказанной. Но с другой стороны я общалась с максимально адекватными соседками по палате, которых туда определили мужья или родители, и там явно был факт подставы по квартирным вопросам или опеки над детьми. И это было страшно. Телефон нам не давали, из палаты не выпускали, читать книги было нельзя, ходить по палате разрешали только до ведра. Можно было просто лежать круглые сутки. Честно, там бы здоровый человек рехнулся. И это наши дни, Москва, 21 век. Всё же люди, пусть даже с попыткой самоубийства и психическими отклонениями, не заслуживают такого отношения, и уж точно это не помогает им выздороветь. В этой палате я провела неделю. И на седьмой день мне наконец-то разрешили один на один поговорить с врачом о моем диагнозе, алкоголизме и о том, что мне делать после выписки, если я хочу жить, конечно.
Я не скажу, что сильно хотела жить на тот момент, но точно знала две вещи: что хочу уйти из больницы, и что панически боюсь снова выпить или что-то употребить, и готова сделать всё возможное для того, чтобы оставаться трезвой. Правда на тот момент я и понятия не имела, как этого добиться..
Продолжение следует...
Алкоголизм - беда, знакомая каждой семье. "Дом надежды на Горé" - шанс подарить всем нам трезвое будущее. Помогите сегодня ради завтра твоих детей.
