Мы ещё несколько раз делали вояж за раками, а пиво пили с ними в Пивном баре. Каждый раз в нём всё завершалось потасовками и мордобоем. Местные пиво употребляли с чистым спиртом, а мы нет. Вот и вся причина. Однажды, когда особо накалилась обстановка, Боб заключил пари с местным авторитетом, что если выпьет одним залпом полный большой граненый стакан спирта, тот отдаст свои золотые часы.
Боб выпил, но авторитет оказался жадным и часы не отдал. К авторитету подошёл ещё больший авторитет из местных и потребовал часы отдать таганрогскому студенту. Хотя Боб пил один, но уважение распространилось на всех нас. Завязалась очередная драка с битьём посуды, окон и вызовом милиции.
Началась облава, работник бара, увёл нас черным ходом. Мы быстро волокли Боба, он ногах стоять не мог. Уговорили одного солидного вида товарища и, он на своей Волге доставил нас к тюрьме, напротив которой было общежитие.
На работе Пивного бара сказывалась близость опытного завода, по которому спирт лился рекой, работники которого умудрялись выносить его всякими способами. Даже мягкими полиэтиленовыми трубами с пробками, которые заправляли в брюки вдоль ног!
Мы решили искать новое место для пития пива. И нашли! На острове Хортица! Там было особое пляжное снабжение. Пиво стоило дороже, как в ресторанах, кружками на розлив. Доставляли бочками на колёсах прямо на пляж. Ранними воскресными утрами мы и рязанские студентки прибывали с сумками набитыми варёными раками, одновременно с пивными бочками, доставляемыми тракторами Беларусь.
Всех, к сожалению, немногочисленных, желающих мы угощали раками. Тоже брезгливое отношение, речные пауки питающиеся утопленниками и утопленницами. Пили сидя на песочке пивными кружками. Несъеденных раков топили в Днепре.
Москвичи решили отыграться, но мы с Бобом, уже почестному, опять обыграли Ландатона и его друга. Этот выигрыш мы отметили окрошкой в кафе Мричка. Порция окрошки везде в СССР стоила не больше 8 копеек, а в Мричке больше рубля! Каждый компонент окрошки официант приносил в отдельных розеточках, блюдечках и баночках, включая ломтики вяленой рыбы, холодной копчёной свинины, горчицу и тёртый, бешеный крен. Охлажденный квас подавал в глиняных кувшинах. Не возбранялось сбегать в рюмочную и тяпнуть 50 грамм водки, но за отдельную плату. Кафе, есть кафе, водки не должно быть!
Ели окрошку из больших глубоких глиняных мисок деревянными ложками. Официант на украинском языке, за дополнительную плату, давал рекомендации в последовательности действий по подготовке окрошки к приёму и помогал смешивать ингредиенты. Было сытно, легко и красиво.
Практику по приобретению производственного опыта прервала проверка руководством завода моего дневника. Дневник ходил по рукам, пока не оказался у заместителя директора по кадрам.
И, несмотря на то, что я выполнял все производственные задания и получал зарплату (трудовую книжку завели на украинском языке), даже в цехе начальница участка поставила «отлично», мне не дали закончить практику и отправили из Запорожья обратно, в славный город Таганрог с сопроводительным письмом на имя Ректора ТРТИ. В котором говорилось, что я сам сорвал себе практику, нерадиво заполнив дневник практики. Письмо с дневником я оставил в приёмной Ректора.
Состоялось заседание кафедры. В наказание лишили стипендии на один месяц, а чтобы зачесть практику обязали изготовить установку для измерения времени жизни неосновных носителей зарядов тока (токи утечки) в полупроводниковых пластинах. Установку изготовил, принял её заведующий кафедрой и производственную практику зачёл. Эта установка стала темой диплома и, за неё заплатили мне деньги в размере одной стипендии!
Дело в том, что на кафедре никто моего дневника не видел. Он находился у Ректора. На кафедре оказалось только письмо. С началом учебного меня вызвал Ректор, сказал, что прочёл мои опусы и, спросил, могу ли я ему подарить дневник? Конечно, с радостью согласился. Ректором был А.В. Каляев и, у него была красивая жена!
Нерадивость дневника заключалась в том, что главный упор я сделал на общественно-культурном разделе производственной практики. А там и раки, и девчонки, и Хортица, и паровоз, и пиво, и вино, и водка, и потасовки, и чего, и сколько, и как, и с кем в преферанс.