В те тяжелые времена, когда громыхал расколотый мир, насилие и жестокость докатились до самых отдалённых таёжных деревень. Народ был запуган, тьма страха окутывала каждый уголок.
Осенью, когда урожай с полей был убран и уложен в закрома, к дому подъехали подводы. Семью деда раскулачили, не смотрели, что у него было 14 детей, выгребли все заготовки. Из хозяйства забрали всю скотину и выселили из добротного дома, он оказался лишенным всего. Отправили всю его семью в ссылку, в глухую тайгу. В непостижимой скорби он со своими детьми вырыли земляную нору (землянку), что стала их приютом, чтобы пережить зимние холодные дни. Внутри землянки, под одеялом из земли, скрывались его дети, плачущие от голода, а жена, изможденная страданиями, тоже не находила утешения. Они были изгнаны из деревни, лишены человеческого достоинства, и дед вынужденно бродил по ближайшей деревне, прося о милостыне. Но люди, парализованные страхом и запуганные, отвергали его, отталкивая и презирая.
Беда, как зловещая тень, окутала их семью. Дни их наполнялись страданиями, и лишь мучительное существование отделяло их от конца. Дед молил лишь о куске хлеба, чтобы хоть как-то продержаться зиму, но его просящий взгляд встречал лишь насмешку и горечь. Жестокие люди, смеясь и плевав, обращались к нему, как к бездомному псу, не замечая его страданий.
Те, кто был сильнее, жировали на бедности других, как пиявки, не замечая страданий окружающих. Смеялись над теми, кто не смог сопротивляться голоду и боли. Они, как праздные козлы, наслаждались своими изобилием, не замечая унижения и страданий тех, кто был слабее.
В то время, когда темные тени коммунистического режима стремительно распространялись, многие теряли свои жизни в яростной борьбе за власть.
НКВД, как хищник, подстерегала своих жертв, арестовывая их и судя, без милосердия, без сострадания.
Тройка судила быстро и жестоко, признания в миг умели выбивать, - раз ты молчишь — ты враг народа, тебя немедленно придётся расстрелять.
Тот бор на берегу, что когда-то служил местом надежды и свободы, стал могилой безвинных, погребенных под гнетом несправедливости. И память об этом месте, о его жертвах, не угасает: каждый год люди приходят, чтобы вспомнить тех, кто был расстрелян без вины, кого лишили жизни без суда и следствия.
Те, кто не признавал своей вины, становились врагами народа, подлежащими жестокому и беспощадному уничтожению.
Многие из тех, кто смело вступал в борьбу за свои убеждения, теряли свои жизни, превращаясь лишь в пепел и прах. Их имена забывались, их труды терялись в бездне истории, и лишь печальные воспоминания родственников оставались свидетельством о их судьбе. Во мраке прошлого погребались не только их тела, но и надежды на светлое будущее.
Моя тетя хранила память о погибших, её рассказы стали свидетельством о том, как несправедливо были осуждены невинные. Каждый год мы вновь вспоминаем их, чтобы не забыть, чтобы не повторить ошибок прошлого. Деревья шепчут им слова утешения, а музыка ветра звучит как гимн памяти о них.
Бор за рекой, стал священным местом, где покоятся те, кто пали жертвой политических репрессий. Наша задача – не забывать, не упускать из виду историю, чтобы не повторять ошибки прошлого.
Пусть каждый, кто приносит свой труд и любовь родной земле, будет уважаем и чтим, как краеугольный камень общества. Пусть совесть народа будет нашим главным судом.