Валентине не спалось. Хоть Веня, её муж и сказал, что поедет в ночное с лошадьми, слабо в это верилось. Уже давно по посёлку гуляли слухи, что спутался её муж с молодой продавщицей, что приезжала к ним в деревню с автолавкой. Была она симпатичной, рыжеволосой и пышнотелой. Ходила за молоком к бабе Нине, а потом за яйцами к бабе Зое.
Поговаривали, что у последней и встретились они с Веней. Приторговывала баба Зоя не только яйцами, но и спиртным домашнего производства.
Как и бывает, обманутая жена обо всём узнала последней. У колодца заговорила с ней соседка Зина:
— Твой-то молодец. Как только автолавка к нам приезжает, так сразу он в первых рядах. Готов день проводить и смотреть, как эта рыжая к нему наклоняться будет.
— Я тоже за продуктами хожу, а не только Веня.
— А ещё, между нами говоря, он к бабе Зое похаживает. Там его эта краля дожидается.
У Валентины ведро выпало из рук. Так вот почему в деревне на неё все смотрят с нескрываемой жалостью. Оказывается, она ничего и не знает. Теперь ясно, отчего её Веня, всегда такой заботливый и работящий, стал другим в последнее время. Не хочет на неё смотреть как на женщину, отворачивается к стенке, когда ночь наступает и на её прикосновения не реагирует.
После она узнала, что и в ночное с лошадьми он не просто так подрядился ездить. Вроде видели его с какой-то рыжей возле стога сена. А рядом велосипед стоял.
Что делать Валентине, она и не знала. Прожила с мужем уже семнадцать лет. Сына вырастили на зависть всем. И красивый он, и умный, сейчас в городе учился в техникуме. К ним приезжал только в выходные. При нём Веня такого бы себе не позволил. В этом Валя была точно уверена. А что теперь будет, бедная женщина и не представляла. Остаться одной в деревне, если Веня уйдёт, вовсе не легко. Да и привыкла она к нему. Любовь у них с самого первого класса. Больше в её жизни парней и не было.
Веня вернулся утром и завалился спать. С Валентиной только поздоровался, но больше ничего не говорил, не хотел. Посмотрел какими-то чужими глазами. Она сама решила ничего не спрашивать. Если он не уходит из семьи, значит, там у него не так всё и серьёзно.
Читают рассказы сейчас:
Прошло ещё недели три, прежде чем Веня признался:
— Ухожу я, Валя. Прости ты меня, непутёвого, но не могу. Влюбился так, что сил нет. Не могу без Нади.
— Так она же молодая совсем. Насколько младше тебя?
— На пятнадцать лет.
— Так это же почти нашему сыну ровесница. Какая любовь с ней может быть?
— Сам всё понимаю, но не могу с собой поделать. Как вспомню её, так обо всём на свете забываю. Я уже и заявление написал на работе. Увольняюсь и переезжаю в город.
— А жить где будете? Родители её разве согласны на такое?
— Нет у неё никого. Сирота круглая. Живёт в стареньком родительском доме. Я его в порядок приведу.
Валя заплакала. Она видела, что уговорит мужа остаться не получится. Он настроен уйти, и сделает это, как бы она его ни уговаривала.
— Может, подумал бы, зачем ты ей будешь лет через десять, когда совсем состаришься? Найдёт она себе другого Веню или Васю.
— Не найдёт, она от меня ребёнка ждёт.
— Как? — Валя от неожиданной новости даже присела.
— Вот так, — ответил Веня.
— Уверен, что это ты отец?
— Конечно, — ответил он, но Валентина так не думала. Она уже кое-что узнала об этой самой Наденьке. Рассказывали о ней не самое хорошее. Работала не только в их деревне, но и в других. И там тоже заигрывала с местными мужчинами. Да и в городе нравственным поведением не отличалась. Похаживали к ней время от времени мужчины.
Но Веня ничего не хотел знать. Для него Надя была самой чистой и невинной. Любовь застлала ему глаза, и он готов был идти за Надей туда, куда она его позовёт.
Когда Веня собрал вещи и ушёл, в деревне начали сочувствовать Вале. Все женщины подходили и утром, и вечером, чтобы высказать своё мнение:
— Не переживай! Вряд ли этой рыжей он нужен. Вот погуляет с ней, а потом она его отправит на все четыре стороны. Будет тогда он никому не нужный, вернётся, как миленький. И ребёнок не его, мы все в этом уверены. В общем, решила на кого-то отцовство повесить. Вот и выбрала Веню, наивного и сердобольного.
Больше Надя в их посёлке не показывалась. Поговаривали, что перевелась куда-то в другое место. И Вени след простыл. Как ушёл, так в деревню и глаз не показывал. И с сыном перестал общаться, потому что тот не одобрил решения отца.
Прошло семь месяцев. Валя всё ещё не привыкла жить одна. Она смотрела на дом, где всё было сделано руками любимого мужа, на огород, где они вместе работали, и плакала. На Веню не злилась, потому что была уверена, что он действительно влюбился. А любовь…она такая, не спрашивает, когда ей приходить.
До Вали донёсся звук подъезжающей машины. Женщина выглянула в окно и увидела Веню, но не одного, а с ребёнком на руках. Она ждала, что будет дальше. Веня вошёл в дом.
— Валя, здравствуй!
— Здравствуй! — Валя непонимающе смотрела на мужа и на ребёнка. Когда немного пришла в себя, спросила: — А где твоя Надя?
— Нет её больше. Беременность тяжёлой была и осложнения возникли. В общем, одни мы теперь с дочкой, с нашей дочкой. Не смог я её оставить. Родная кровь всё-таки.
В этот момент малышка заплакала. Валя подбежала и попросила:
— Дай её мне.
Валя отошла в сторону и взглянула на девочку, которая была вылитый Веня. Когда повернулась, то увидела мужа, стоящего на коленях.
— Прости меня, любимая! Если можешь, то прости!
— Что теперь об этом говорить, когда ребёнка поднимать надо! — ответила Валя и улыбнулась.
Веня понял, что он прощён.
Дорогие читатели поддержите мой канал, поставьте лайк и подпишитесь @viki_k
Мои рассказы: