Тихий стон, шорох падающего тела. Кто-то жалобно закричал, умоляя остановиться. Слова пробиваются к затуманенному холодом рассудку с трудом, словно сквозь плотную завесь тумана. Ариэль замер, медленно обернулся. Трое его сородичей сгрудились около лежащего в снегу тела. По яркому, пушистому платку он узнал Данаю. Лирэй судорожно пытался поднять её, сам едва не падая от усталости. Покрасневшие глаза с отчаянной мольбой смотрели на Ариэля. Мужчина отвернулся, и медленно зашагал вперёд.
…Сначала была паника. Хаос, кровавый, дикий, наполненный криками, ужасом и болью. Чёрное пламя на фоне чёрных небес. Алая кровь на белом снегу. Тела убитых и раненных, лежащие вповалку на улицах некогда прекрасного города…
Из-под прикрытых век катятся слёзы, и тут же застывают льдинками на щеках.
…Выжившие бежали прочь в слепом страхе. Бесцельно, мечтая только об одном: выжить. Тогда это казалось самым главным. Выжить – и неважно, что будет дальше. Выжить…
Каждый шаг даётся с трудом, ноги по колено проваливаются в снег, тело занемело под леденящими порывами ветрами. Боль, страх, отчаяние – всё ушло, пропало без следа. Осталось только равнодушие.
…Они умирали один за другим. Просто падали в снег, и больше не поднимались. Сперва их пытались нести на руках – бросать своих мёртвых на растерзание диким зверям, разве это дело? Однако холод и отчаяние отнимали все силы, и мёртвых пришлось оставить. А скоро пришёл черёд и живых…
- Стойте!
Ариэль не сразу заметил тёмное препятствие, выросшее у них на пути. Остановился, неуклюже покачнувшись, приподнял голову, с трудом разлепив склеившиеся от холода ресницы. Препятствие разделилось на несколько фигур, и Ариэль понял, что видит перед собой живых существ. Группа мужчин, громадных, как серые медведи, и таких же косматых, преградили измученным беглецам путь, угрожающе сжимая в руках палицы и копья. Стоящий впереди воин был мощнее и выше их всех, вместе взятых. Из-под тяжёлой меховой шапки выбивались полыхающие огненно-рыжим пламенем волосы, а в руках великан сжимал огромный топор.
Нервная дрожь пронзила мужчину, и в глубине души шевельнулся, казалось бы, давно забытый страх. Он понял, кто перед ним, но не знал, радоваться, или ужасаться. После всего, что произошло, когда им уже не на что было надеяться, оставалось ли ещё что-то, чего они могли бояться?
- Кто вы такие, и зачем зашли на наши земли?
Разбирать хитросплетения чужого языка было тяжело, однако Ариэль немало времени потратил в своё время, изучая языки разных рас, населяющих этот мир. И дикие люды, населявшие южные и центральные равнины, не были для него исключением.
Ариэль выпрямился, насколько позволяло сведённое судорогами тело, и прохрипел:
- Беглецы. Мы ищем спасения.
- Беглецы? – великан вскинул брови. – От кого же вы бежите?
Эта беседа могла затянуться надолго, и неизвестно, решатся ли варвары помочь им, если узнают о наступающей тьме. А помощь им была нужна, как никогда. Отчаяние придало сил, и Ариэль заговорил, быстро, отчаянно.
- Мы ответим на все ваши вопросы. Только умоляю…во имя милосердия…позвольте нам обогреться у вашего очага. Мои сородичи умирают от усталости и холода. Дайте нам приют хоть ненадолго, чтобы восстановить силы, и мы расскажем всё, что знаем.
Гигант нахмурился, и Ариэль замер, боясь дышать. Тяжёлый взгляд зелёных, как нефриты, глаз оббежал всех беглецов, особо задержавшись на замерших в снегу неподвижных телах, и смягчился, потеплел.
- Велесар наказывал помогать тем, кому нужна помощь, - басовито пророкотал он, обернулся. – Любомир, Болеслав!
Двое воинов подскочили к нему, склонившись в низком поклоне. Ариэль не ошибся. Этот гигант действительно был у них главным.
- Бегите в селение, предупредите Милолику. Пусть готовит свои снадобья – сейчас у неё будет много работы.
Воины сорвались с места, шустро помчавшись прочь. Глубокий снег нисколько не мешал им. Гигант развернулся, убрал топор за спину и, дружелюбно оскалившись, протянул Ариэлю свою гигантскую лапищу.
- Я – Мечислав, сын Велимира! Я отведу вас в наш стан, и пусть боги меня проклянут, если я позволю кому-то обидеть моих гостей!
Ариэль слабо улыбнулся. Его рука утонула в тёплой, твёрдой ладони люда. Оглянувшись, Ариэль увидел, как воины Мечислава ловко соорудили из своих плащей и копий некое подобие носилок и уложили на них тех, кто уже не в состоянии был идти. Погасшая было надежда вспыхнула вновь.
