Авторская колонка Екатерины Малашенко
Манижу заподозрили в оправдании терроризма после одного из ее постов о событиях в «Крокусе». Певица назвала задержание исполнителей этой кровавой бойни «публичной пыткой».
В СК России обратился юрист Александр Карабанов. Он уверен, что эти слова прозвучали неслучайно. По его мнению, Манижа сочувствует террористам. А значит, и поддерживает.
В связи с обращением организована доследственная проверка
Она включает в том числе лингвистическую экспертизу, чтобы установить, есть ли в словах Манижи оправдание терроризма. А уже после будет принято решение о возбуждении уголовного дела.
Если послушать обращение Манижи полностью, становится понятно, что слова «публичная пытка» относятся к силовикам. По ее мнению, они превысили свои полномочия и слишком жестоко обращались с задержанными.
Но здесь стоит вспомнить, как именно проходило задержание террористов
Они ехали в сторону украинской границы и по требованию ГИБДД не остановились — пришлось стрелять по колесам, машина перевернулась. Трое террористов побежали в лес, один начал отстреливаться. Стреляли потом и те, что оказались в лесу. То есть оказывали сопротивление!
Согласно ФЗ «О полиции», сотрудники правоохранительных органов имеют право на применение физической силы и табельного оружия при задержании особо опасных преступников, в том числе террористов. А это, в свою очередь, означает, что действовали силовики в рамках закона.
Но вернемся к Маниже. Она, вероятно, рассчитывала, что СОБР будет упрашивать террористов сдаться, а если те откажутся, разрешит им скрыться, чтобы не наносить увечий. Так нужно было поступить с подонками, на руках которых кровь 144 человек, пятеро из которых — дети?
Честно, когда я смотрела кадры задержания террористов, у меня была всего одна мысль: какой выдержкой нужно обладать, чтобы не прикончить этих мерзавцев прямо на месте. Все с той же формулировкой — за оказание сопротивления.
Но, конечно, их нужно было брать живыми. Это единственный путь для следствия, чтобы выйти на заказчиков и предотвратить такие чудовищные преступления в будущем.
Но о каком сострадании здесь вообще можно говорить?
Допустим, Манижа жалеет террористов, потому что они — ее сограждане. Но у терроризма нет ни гражданства, ни национальности. Она сама в том же посте переживает, что после теракта в мире будет предвзятое отношение к таджикам. То есть призывает не стричь всех под одну гребенку.
Тогда, получается, Манижа действительно жалеет террористов, потому что оправдывает? Вряд ли, конечно.
Манижа рассчитывала, что ей удастся показать, какие в России жестокие и бесчеловечные силовики. Вот в чем цель ее выступления.
Но пока в мире есть такие подонки, которые готовы за полмиллиона стрелять по детям, нам нужны герои, способные остановить их в брянском лесу.