Продолжаем рубрику «Мои первые книжки», в этот раз своими самыми заветными детскими и юношескими книжными переживаниями делится вчерашний именинник — писатель Станислав Востоков.
«Я родился в Узбекистане во времена тотального советского дефицита, поэтому дома у нас были не те книги, которые бы маме хотелось купить для своих детей, а те, которые она сумела достать. В результате я учился читать по серии переводных книжек про «Зайчишку-Пушишку» финских авторов Пиркко Коскимиеса и Майи Линдгрен, а также по переведённым с английского комиксам про котёнка Тома и щенка Джека.
А известные детские хиты, вроде произведений Линдгрен или Носова, приходилось брать у знакомых – в библиотеках эти бестселлеры почти всегда были «на руках».
Так что «Приключения Незнайки и его друзей» я прочитал на даче новосибирской подруги моей бабушки. Эта женщина была известным адвокатом, имела связи и поэтому могла похвастать прекрасной библиотекой.
«Незнайка» мне так понравился, что я даже подумал: «Вот, бы стать детским писателем и писать такие же классные книги!» Мне тогда было семь лет. И неподалёку, видимо, пролетала фея. Она услышала мои мысли, и через двадцать лет вышла моя первая книга.
Когда мне было лет восемь я взял и прочитал у маминой знакомой, которая работала стоматологом и потому тоже имела отличную коллекцию книг (в Советском Союзе это была очень престижная профессия, вспомните Шпака с его немецкими куртками из фильма «Иван Васильевич меняет профессию»), сборник скандинавских сказок, среди которых была «Шляпа волшебника» Туве Янсон в прекрасном переводе Владимира Смирнова. До сих пор считаю, что это самая гениальная детская книга!
А «Девочку с Земли» Булычёва мне дала почитать старшая сестра, которая в свою очередь одолжила эту книгу у подруги. Уж не знаю, кем были родители той девушки, но, вероятно, тоже люди непростые, потому что благодаря ей же я потом почитал и «Сто лет тому вперёд» – наверное, самую популярную детскую книгу того времени!
С тех пор я решил стать космонавтом: оклеил балкон, выполнявший роль моего кабинета, открытками с советскими героями космоса и организовал в нашем подъезде «Школу юного космонавта», где было двое учащихся.
Но фея, видимо, была тогда в отлучке, и эта моя мечта не сбылась. Как я теперь понимаю, к счастью, потому что, став космонавтом, я бы вертелся на орбите в тесноте Международной космической станции и выполнял скучные эксперименты, а не летал бы в Систему Медузы и на Блук, как Алиса Селезнёва.
Зато фея оказалась рядом, когда я прочитал «Гончие Бафута» Джеральда Даррелла. В то время я был увлечён фантастикой, и мама долго не могла меня убедить хотя бы сунуть нос в эту книгу. Наконец, мы договорились, что я прочитаю одну главу и, если мне понравится, дочитаю до конца, а если нет, мама не будет меня третировать этим произведением. Но она как в воду глядела, «Гончие Бафута» мне понравились так, что я стал разыскивать у знакомых и покупать в букинистических магазинах другие книги Даррелла, пока не прочитал всё, что было опубликовано в СССР. Мало того, узнав, что у нас ещё не издавалась книга «Натуралист-любитель», я начал переводить главы оттуда (я учился в английской спецшколе), и мой перевод даже напечатали в «Пионере Востока», главной детской газете Узбекистана. Но еще важнее, что под влиянием книг Даррелла я решил стать зоологом.
Видимо, присматривавшая за мной фея была несколько озадачена этим желанием, потому что у неё уже была моя заявка на детского писателя. И фее не оставалось ничего другого, как совместить две мои мечты. В результате я поработал в нескольких зоопарках, съездил в несколько экспедиций, а потом стал детским писателем, который пишет о природе. И даже, если я берусь за сказки или стихи, туда почти всегда проникают животные.
Правда, в последнее время я ещё начал преподавать детям литературу.
Не помню, чтобы, будучи ребёнком, я в здравом уме желал сделаться учителем. Это просто невероятно. Тогда, может, никаких фей нет, и дело только в книгах?