Историческая справка: В марте 1963 года был предпринят штурм дна Коляжинского провала. Эта экспедиция оказалась последней. Во всяком случае, нет более зарегистрированных спусков в Коляжинский провал. Молоток первопроходцев до сих пор висит на глубине 98 метров.
Второй экспедицией руководил Виктор Пономарев – столбист, спелеолог, а впоследствии чемпион СССР по альпинизму. Экспедиция действовала по заданию Красноярского геологоуправления. Мы изготовили лебедку, опробовали телефонную связь, каждый участник экипировался каской с фонарем и встроенными телефонными наушниками.
Выехали двумя группами по 10 человек: одна – самолетом, вторая – в крытом грузовике по льду Енисея. Добрались почти без приключений. Только «автогруппа» чуть не отравилась автомобильными выхлопами – пришлось переставить глушитель патрубком вниз. В Коляжихе нам дали лошадь с санями. Сгрузили мы на нее снаряжение и, утопая по пояс в снегу, пробились к провалу. Поставили лагерь. Шестеро прометеевцев заселили маленькую палатку (чтобы в ней было потеплей, они оградили свое жилище снежной стеной). Остальные расположились в большой палатке с печкой.
На воронку провала накрест уложили две большие – по 20 метров – березы. В центре установили лебедку и оборудовали места для спускающихся и телефониста, который страховал спускающихся эксцентриковым тормозом и одновременно держал с ними связь. Первым запустили руководителя экспедиции. Когда он спустился на 60 метров, у лебедки срезало шпонку, и Витю долго поднимали вручную. Затем поставили запасную лебедку, и она отработала до конца экспедиции без сбоев.
На следующий день под землю ушел Валерий Бобрин. После обеда настала очередь Гены Коваленко. Спустившись на 100 метров, он дошел до узкого места, развернулся вниз головой и пытался пройти глубже. Тут его атаковали комары, которые зимовали на этой глубине при t 6°С. По телефону Гена передал наверх о нападении насекомых. Сверху ответили: «Сейчас мы тебе спустим кольца». «А зачем?». «Комаров кольцевать». Надо сказать, что в составе экспедиции был зоолог Коля Оводов. У него были алюминиевые кольца, которыми он кольцевал летучих мышей. Но Гена, вися вниз головой на стометровой глубине, воспринял это серьезно и стал ждать кольца. Тем временем ему для бодрости по телефону стали рассказывать анекдоты. Он воодушевился и тоже что-то выдал. В это время трубку передали Люде Зайцевой, которая так хотела услышать вести с глубины. Она послушала и смутившись, бросила трубку.
Наша эпопея продолжалась неделю. Выяснили, что глубина вертикальной трещины 120-130 метров, но значительных боковых отходов она не имеет. Это же подтвердил и спуск Коли Кожушкина, Альберта Бакланова и Саши Шаповалова, пробывших под землей 10 часов. Одним из заключительных аккордов было то, что у Гены Коваленко с ноги свалился в провал ботинок. Расстроившись, он снял с ноги второй и швырнул его в глубину. Надо было видеть Генино изумление, когда товарищ, спустившись на три метра ниже, вытащил первый ботинок…
Наутро часть «пещерников» уехала на машине, а мы пришли на аэродром. Улеглись прямо на взлетной полосе на тулупах загорать. Тут и самолет на посадку заходит – мы хватаем одежду и разбегаемся, чтобы винтом не зацепило. Так все и закончилось.
Владимир Деньгин