Добровольский был удивлен.
В середине 80-х талантливого молодого полузащитника Игоря Добровольского хотели лучшие клубы СССР. Парень так ярко сверкнул в кишиневском «Нистру», что восхитил даже великого Лобановского. Кроме киевского «Динамо» за Добровольским охотились «Спартак» и ЦСКА, но сам Игорь в итоге оказался в московском «Динамо».
Трансфер в команду милиции решил все вопросы с военным билетом, а карьера футболиста пошла в гору. Тренер юношеской сборной СССР Геннадий Костылев рассказывал, что Добровольский попал в московское «Динамо» совершенно случайно.
«Игоря и Андрюшу Пятницкого я за руку привел в московское «Динамо», — вспоминал он в интервью «СЭ». — Там работал Эдуард Малофеев, с которым мы вместе в Высшей школе тренеров учились. Приезжаем на базу, Эдуард что-то пишет. «Оторвись на секунду. Тебе в основной состав нужны игроки?» Я этих подтолкнул ему навстречу. Малофеев охнул: «Их — в основной состав? Ты серьезно?» — «Потом спасибо скажешь. Давай бумагу, напишут заявления…»
Дальше началась карусель. Право первого призыва имел ЦСКА. Следом — внутренние войска. Месяц спустя узнаю — Пятницкого с Добровольским откомандировали в ЦСКА. Советую Малофееву: «Дуй с бутылкой и этими заявлениями к Юре Морозову (тогдашний главный тренер армейцев. — Sport24)».
Морозов не хотел отдавать ни Добровольского, ни Пятницкого, поэтому тренеры определили футболистов к себе в команду самым простым способом.
«Оказывается, они монетку подбросили, — рассказывал Костылев. — Игорь поехал в «Динамо», Андрей остался в ЦСКА. И ладно бы играл там, так его вырядили в шинель до земли, упекли в часть. Шагаю мимо — Пятницкий лед колет. Увидел меня — заплакал. Я к Морозову: «Что ж творите?» — «Думаешь, от меня здесь все зависит? Это традиции!» Хорошо, Ташкент перевел Пятницкого в свои войска (в 1988-м Андрей уехал играть в «Пахтакор». — Sport24). Там раскрылся. А Малофеев Добровольскому поражался: «Пустил его в «квадрат», он всем напихал. У ветеранов теперь любимец».
В «Динамо» Игорь стал одним из лидеров команды и со временем получил вызов в сборную СССР, c которой в 1988-м завоевал золото Олимпиады в Сеуле. А еще через два года в статусе лучшего футболиста страны уехал в Европу, где подписал контракт с итальянcким «Дженоа».
Впрочем, там карьера у Игоря не задалась: в Италии ему не дали ни единого шанса и каждый раз отправляли в аренду — сначала в испанский «Кастельон», а затем в швейцарский «Серветт» и «Олимпик» из Марселя. К слову, с последней командой Добровольский первым из русских футболистов взял Лигу чемпионов. А в 1993-м вернулся в родное московское «Динамо», где сразу получил капитанскую повязку.
К сожалению, с бело-голубыми Игорь так и не выиграл ни одного трофея, но стал вице-чемпионом СССР (1986) и России (1994). За московское «Динамо» Добровольский забил 50 голов в 174 матчах и закрепил за собой статус легенды клуба.
Уже после завершения карьеры экс-футболист сборных СССР, СНГ и России осел вместе с семьей в Мадриде, но время от времени приезжал в Москву к друзьям. Визиты Добровольского в столицу не обходились и без посещения матчей родного «Динамо». Правда, московский клуб не всегда встречал легендарного футболиста с распростертыми объятиями.
«На стадион «Динамо» меня не пустили, — жаловался Игорь. — Узнали. Но сказали, что у них свои законы, — и указали в сторону метро. Где-то там внизу, говорят, есть кассы.
— Пошли покупать?
— Нет. Все-таки остались настоящие динамовцы, которые работали и будут работать… Да и мужики на вахтеров насели: «Мы сами Игоря проведем!» Сунули мне какой-то пропуск — и тут же отобрали».
В том же интервью Добровольский вспоминал, что в Испании, где он играл в середине 90-х за «Атлетико», его встречали совсем иначе: «В Мадриде я могу подъехать к стадиону и пройти куда захочу. Там помнят людей, которые когда-то играли за «Атлетико». Везде зеленый свет».
Когда же Игоря спросили, пойдет ли он еще раз на матч московского «Динамо», то он ответил вот так: «Если пустят. Когда меня за билетом послали, я был, конечно, удивлен. Из года в год отказываться от предложений — чтобы потом не пустили на стадион? Я не представляю, чтобы такая ситуация возникла при президенте Толстых. При всех его сложностях Толстых — динамовец. А в нынешнем клубе динамовского духа не осталось», — добавил Добровольский.