«Такой шанс бывает раз в жизни — ты его должен использовать».
Михаил Васильев провел большую часть карьеры в сильнейшей команде страны — московском ЦСКА. Форвард отдал армейцам восемь лет спортивной жизни и ассоциируется именно с этим клубом. Но как он в нем оказался? Чтобы отследить этот момент, нужно вернуться на 54 года назад — в 1970 год. Будущему олимпийскому чемпиону на тот момент было всего восемь.
Обычный августовский день. Юный спортсмен играл с ребятами во дворе. По возвращении домой от его отца поступило необычное предложение. Васильев-старший прочитал в «Советском спорте» объявление об отборе ребят 1962–1963 годов рождения в хоккейную школу ЦСКА. И предложил сыну, зная его любовь к хоккею, попробовать свои силы. Юный Михаил отнесся к этой идее скептически: он не верил, что может попасть в одну из самых престижных спортивных школ страны. Но согласился, поскольку всегда мечтал вживую посмотреть на искусственный лед. Ранее он видел его только по телевизору. Приехав в указанное место, будущий профессиональный хоккеист и его родители увидели 200–250 ребят. Которые так же, как и он, мечтали попасть в ЦСКА.
«На лед выпускали по 60–70 ребят, там за нами наблюдали Кузькин и Фирсов. Очень быстро, буквально минут через пять после того, как я выскочил на лед, подъехал Анатолий Васильевич Фирсов и взял меня за руку: «Как тебя звать, парень? Поедем со мной». Подъехали к комиссии — Анатолий Владимирович Тарасов, Александр Николаевич Виноградов, Владимир Анатольевич Брежнев. Мне сказали, что я прошел отбор и меня ждут на тренировках. Восемь лет мне было», — вспоминал ключевой момент своей жизни Михаил.
После одобрения своей кандидатуры Васильев столкнулся с логистической проблемой. Он жил не в Москве, а в подмосковном Электрогорске. Чтобы попасть на заветный отбор, хоккейный фанатик доехал на поезде по Павловского Посада, а затем пересел на электричку до Москвы. Вся дорога занимала около двух с половиной часов в одну сторону. Родители Михаила договорились с тренерским штабом, что он будет приезжать на тренировки три раза в неделю — только на лед. Тем не менее несколько раз мальчик все-таки не выдерживал и посещал еще и занятия ОФП. Однако тренер Владимир Анатольевич Брежнев настоял на том, чтобы мальчик не мучил себя долгими поездками и появлялся только на льду.
В 16 лет Васильев наконец-то переехал в Москву, и эпопея с бесконечными поездками из Электрогорска и обратно закончилась. В десятом классе перспективный хоккеист попал в специализированную школу № 704 и жил в пансионате ЦСКА на третьей Песчаной улице. Вскоре он попал в молодежную команду армейцев, которую тренировал великий Александр Павлович Рагулин. Под его руководством Михаил провел два года и всецело испытал на себе всю тяжесть советских нагрузок. Легендарный защитник гонял подопечных так, как в свое время гоняли его. Так что, когда Васильева подняли в главную команду системы, физически он был готов на все сто процентов.
«В своем возрасте я считался лучшим, и после Олимпиады-1980, где сборная проиграла американцам, Рагулин порекомендовал меня Тихонову. Подходит ко мне Александр Павлович: «Сегодня вечернюю тренировку работаешь с первой командой». А мне еще и восемнадцати-то не исполнилось. Растерялся: «Александр Павлович, как же так?» Он мне: «Такой шанс бывает раз в жизни — ты его должен использовать». Когда приехали в Архангельское, оказалось, что единственное свободное место было с Владимиром Петровым. Легенда — какую он солидность излучал! Представьте, в какую команду я попал: Третьяк, Лутченко, Харламов, Фетисов, Балдерис. Благодаря им я учился побеждать», — вспоминал олимпийский чемпион.