Найти тему
Житейские истории

Дочь технички пришла в банк за наследством… Банкир смеялся, а открыв ячейку не поверил глазам... Вторая часть.

Если бы отец увидел меня сейчас и услышал, размышлял Андрей, то он бы, вот точно, несмотря на то, что вырос я, отвесил бы воспитательный подзатыльник! Потому что, то, как я вел себя с этой несчастной девушкой, только-только потерявшей мать, вообще невозможно описать нормальными словами! Так корил себя Андрей за грубые насмешки. И вообще-то, он понимал, что теоретически, нужно было бы теперь извиниться… Вот только с извинениями у него всегда были проблемы! Андрею всегда почему-то это казалось запредельно унизительным - признавать свои ошибки, пусть даже и самые очевидные.

И один психолог (а он их в свое время посещал немало!), сказал ему, что все это должно быть идет откуда-то родом из детства… Но Андрей в этом разбираться не стал. Он вообще своего детства хотел касаться меньше всего на свете!

Потому что какую-то смутную тревогу оно у него вызывало, а точнее говоря - отдельный его период… То время, когда он, малец возрастом пять годиков, мотался с отцом в его заграничные поездки по работе. Хотя, опять же, кажется, тогда неплохо жили. Дорогие отели или в гостях у отцовских клиентов селились, отец дарил Андрюшке кучу игрушек и повторял, что своей работой обеспечивает ему блестящее будущее! Потом, кстати, вернулись домой и больше отец никуда не ездил заграницу. Но что же… Что же не так было с детством?! Андрей никак не мог этого припомнить! Это было… Как белое пятно в его памяти!

Из не прошеных воспоминаний Андрея вывело то, что Анюта наконец открыла ячейку. В ней было пусто. За исключением небольшого бархатного мешочка. И девушка его взяла с величайшей осторожностью, развязала тесемки и затем на ее ладонь выпало…

Это было подобно удару молнии! Андрею показалось, что сердце у него просто остановилось… А потом сорвалось в истеричный, безумный темп!

Потому что в руках у Анюты сейчас было то самое, что он не раз видел в своих кошмарах. Фигура, укутанная в черный плащ с капюшоном, в дикой звериной маске, несет его по коридорам замка… И хотя и она сама и все вокруг кажется не более чем иллюзией, образами, слепленными из мрачных теней, но одна деталь четко врезается в сознание мальчика и эта деталь - медальон. Тускло поблескивающее в мутном лунном свете золото. Круг, в центре которого находится золотой же скорпион, хвост которого увенчан крупным рубином.

— Откуда… Откуда это взялось? — собственный голос показался Андрею чужим, — откуда это у тебя?!

Не у нее, тут же пришла ему в голову мысль. Это Анюте оставила мама. И это, согласно тому, что успела рассказать ему девушка… И есть то самое проклятое сокровище?!

— Спасибо, что разрешили забрать сейчас, — сказала Анюта.

А потом очень запросто, эдак буднично, словно брелок обыкновенный, сунула медальон в карман пуховичка.

— Все. Я пойду…

— Стой! — Андрей так неожиданно остановил ей, поймав за руку, что она испугалась и вскрикнула. Уставилась на него невозможно красивыми и растерянными глазами, — ты что, — тяжело сглотнул он, — собираешься… Уничтожить это?!

— Ну, да, — кивнула Анюта.

— Зачем?!

— Мама так велела…

— Ты что, — нервно улыбнулся Андрей, — веришь в эту чепуху? В смысле… В проклятия?

— Неважно, во что я верю или не верю, — спокойно и твердо ответила Анюта, — но мама велела от этого избавиться. И так я и сделаю.

— Нет.

Андрей не повышал голос. Но, сам того не осознавая, он вложил в это слово столько мольбы, смешанной с отчаянием и стремлением понять нечто… нечто очень важное, что Анюта замерла. Они встретились взглядами. И несколько минут просто смотрели друг на друга.

— Я не знаю, зачем мама попросила меня сделать это, — наконец произнесла она, — но я просто… Хочу сделать это. Ведь у меня нет… Нет возможности спросить у нее, что это и почему я должна поступить так, а не иначе. Андрей, послушайте! Я понимаю, что я выросла в деревне и вам кажусь, наверное, наивной дурочкой… Думаете, я не заметила, что тогда, после нашего знакомства, вы меня сторонились? Заметила! И я узнала, что вы с моей мамой… Поссорились из-за того случая. Она, кстати, думала перед вами извиниться… Некрасиво ведь вышло! Но не хотела, боялась к вам подойти, чтобы вы не оскорбили ее отказом принять извинения, понимаете? В общем, может, я и в городе всего несколько месяцев живу, но у меня хватило ума понять, почему вы вдруг меня стали избегать! Потому что я ее дочка, верно? Но мне, верите ли, все равно! Ведь мы только познакомились. Мы никто друг другу! Только… Я сейчас, правда, очень признательна вам за помощь, но… Не понимаю, почему вы так против того, что я хочу сделать! Вы думаете, что эта вещь дорогая и хотите мне дать совет, чтобы я ее продала и деньги себе оставила?

Андрей отрицательно покачал головой. А затем, как уж вышло, честно сказал ей правду - что ему с детства снятся странные и страшные сны, в которых есть этот медальон и что он просто умоляет ее немного повременить с исполнением последней воли матери!

— Я не верю в проклятия и всякую мистику, — вздохнул Андрей, — но точно знаю, что твой медальон имеет какое-то значение для меня, он как-то связан с моими снами! И давай уже, пожалуйста, перейдем на ты, хорошо? И я не прошу многого! Но я бы хотел, чтобы ты отдала мне этот медальон. Я съезжу к отцу и покажу ему. Думаю, он сможет что-то прояснить…

— Хорошо, — кивнула Анюта, — но мы поедем вместе.

Андрей, в принципе, не был против. И да, ему было все равно, что на сегодня было назначено важное совещание! И он, просто вышел из банка вместе с Анютой, на парковке они сели в его автомобиль и направились к его отцу.

Дмитрий, отец Андрея, в прошлый известный искусствовед и историк, жил в старом районе города, в доме постройки начала века. Жил он там уединенно и тихо, целые дни проводя за чтением книг и просмотром телевизионных шоу… Жена Дмитрия скончалась еще при рождении его сына и он не пожелал больше видеть при себе ни одну женщину. Он всего себя отдал своему ремеслу и заботе о сыне.

— Привет, пап, — сказал Андрей, когда он открыл дверь, — вот, познакомься, это Анюта! Мы к тебе приехали, нам надо поговорить. Понимаешь, тут такое дело… Пап? Папа, тебе плохо?

— Ты? Неужели… Одно лицо! — прошептал Дмитрий, до того потрясенно смотревший на Анюту, а потом схватился за сердце и осел на пол.

Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.