В очень старые времена в Японском царстве был благочестивый обычай: их царь-император не засиживался на престоле до самой смерти, а передавал власть наследнику.
Это и для страны хорошо: новые вызовы требуют новых решений, а стало быть, и новых людей во власти. Да и для самого императора немаловажен уход на покой: за срок правления приходится много тяжелых решений принимать, так что нужно время и о душе позаботиться.
Поэтому императоры еще на пике могущества строили себе дачи, а потом, как приходил срок, постригались в монахи и на эти дачи уезжали из дворцов.
Правление императора Ёдзэя [876—884 гг.] было не самым благовидным. Был он жесток до крайности, любил для развлечения убивать различных живых существ, в том числе собственных подданных и вел себя неподобающе собственному священному титулу. Поэтому группа влиятельных чиновников доходчиво объяснила Ёдзэю значение ритуальной чистоты и отправила его на почетную пенсию.
Более благочестивым императором стал Коко, дядя отца Ёдзэя. А Ёдзэй и будучи пенсионером не оставил безумства. Но мы сейчас не о нем, а только о его даче.
Дача монашествующего Ёдзэя находилась севернее дворца, рядом с прудом. Прямо у пруда стоял специальный Рыбацкий домик, чтобы Ёдзэй, его придворные и гости могли развлечься рыбной ловлей. А в прочее время в Рыбацком домике размещалась охрана.
И вот однажды ночью охранник спал на посту в этом домике, как вдруг его лица коснулась сухонькая ладошка. Офицер моментально перехватил эту руку левой рукой, а правой взялся за меч. Оказалось, что перед охранником какой-то особо жалкий старик в выцветшем синем костюме.
Охранник был обучен вести допросы, поэтому сразу же попытался выяснить личность и причину появления странного старикашки:
— Кто ты и с какой целью здесь находишься? — Я младший брат Урасимы [очевидно, имеется в виду Урасима-таро, герой классической сказки, гостивший во дворце царя драконов] и когда-то владел этой землей. На этом месте я живу тысячу двести лет. Прошу меня отпустить! А еще лучше поставьте в мою память часовенку и закажите заупокойные службы, тогда я стану вашим защитником.
— Я не уполномочен решать такие вопросы.Завтра доложу об этом государю, а пока посидишь в обезьяннике.
Старик вдруг закричал: «Вот негодяй!» — как-то ловко вывернулся, освободил свою руку и, не останавливаясь, в том же повороте пнул офицера под зад с такой силой, что тот оторвался от пола. Охранник попытался снова схватить нарушителя, но получил еще два мощных пинка.
А старик стал увеличиваться в размерах и нависать над охранником. А потом словно обрушился на него и целиком заглотил.
И больше того офицера никто не видел.