Переехав в новую просторную двухкомнатную квартиру, семья Петровых была очень счастлива поначалу. Еще бы. Три года муж с женой и с двумя маленькими дочками Машей и Соней ютились в десятиметровке на Петроградке. А тут столько плюсов. И центр, и отдельная квартира (не коммуналка), и отдельная комната для девочек, и кладовая, о которой так мечтала мать девочек. Пусть комнаты и вытянутые, и квартира на первом этаже – неважно. Первый шаг к лучшей жизни сделан. Так они и зажили. Вроде бы все как обычно: дом-работа-дом для взрослых и дом-детский сад-дом для девочек. Но постепенно их размеренной жизни стал приходить конец.
Сначала заболела Маша. Очень тяжело заболела. Врачи не могли поставить диагноз. Из веселой жизнерадостной любознательной девочки она превратилась в замкнутого ребенка, причем со странностями. Поначалу на ее странности никто не обращал внимания. Все списывали на болезнь. Но чем больше времени проходило, тем более странные вещи она либо делала, либо говорила. Она начала говорить как будто с кем-то, просить оставить ее в покое. Ей начал мерещиться мужчина с пробитой головой, весь в крови. Когда у нее происходили подобные приступы, она закрывала голову руками и начинала истошно орать. Ее трясло, причем так, что кровать ходила ходуном. Родители освящали квартиру, но безуспешно. Врачи, ничего не найдя, ставили диагноз – шизофрения. Но родители не хотели в это верить.
А тут еще и Соне стали сниться кошмары, связанные с этой квартирой. Ей было страшно. Очень страшно. Что конкретно ей снилось - история умалчивает. Но она говорила родителям, что это плохая квартира, что она хочет в прежнюю квартиру, что Машенька болеет потому, что они здесь находятся. Она была уверена, что все плохое закончится, когда они отсюда уедут. Но родители ей не верили. Они думали, что это игра детского воображения. Они не придавали никакого значения ее словам.
И вот однажды Соня заснула и не проснулась. Почему? Непонятно. Просто не хватило воздуха, так врачи сказали.
Обезумевшая мать не смогла перенести смерть одной дочери и тяжелую болезнь другой и перерезала себе вены. Ее труп был найден мужем на диване в комнате.
Мужчина немного погоревал, но разум взял верх над чувствами, и он съехал с этой квартиры со своей дочуркой.
Следующие жильцы, которые въехали, были в курсе этой ужасной трагедии. Вследствие этого они сделали небольшую перепланировку: они уменьшили комнаты в длину, а из остатков комнат они сделали вроде кладовых. Эти остатки, так сказать, закоулки, я буду называть страшными зонами. В одной из страшных зон, кстати, и был найден труп женщины, перерезавшей себе вены.