Первое появление в цикле.
"Весна 45-го года". Отрывок.
Встреча Василия Мезенцева с представителем расы хранителей...
Осень 1933 года
Рязанский край Московской области.
Пронский район.
Осень в 1933 году выдалась теплая. Дождей было немного, но достаточно, чтобы в лесу можно было насобирать грибов и ягод.
Вообще время было тяжелое. Не сказать, что была проголодь, но лишнего куска хлеба тоже не было.
Отец в ту осень сильно заболел и часто не выходил из дома, отлеживаясь на печи.
Я же в свободное от работы время старался ходить в лес, чтобы сделать на зиму кое-какие запасы.
Так было и тем октябрьским воскресением.
Урожай на полях был уже собран, и по этому случаю председатель колхоза распорядился отменить полную рабочую неделю и воскресенье объявил выходным днем.
Мужички нашей деревеньки занялись домашними делами. Кто-то отправился на рыбалку, кто-то перед зимой решил поправить покосившуюся избенку, а кто-то отправился в лес за дровами.
Проснулся я еще затемно, и чтобы не будить своих, по-тихому взяв отцовские сапоги да кафтан, отправился в лес.
Закутавшись в кафтан, который был мне немного велик, я заправил штаны в сапоги, и, слегка поежившись, окунулся в чащу рязанских дебрей.
Светало очень быстро, и не успел я пройти сотни метров, как на землю лег утренний туман, в котором не только грибов и ягод, а даже собственных ног особо не различишь.
Но дорогу на дальнее озеро я знал, как свои пять пальцев, и добраться на заветную поляну я мог практически с закрытыми глазами.
Полянку эту я заприметил еще пацаненком, когда бегал на озеро купаться. Места там были глухие, и не всякий охотник или собиратель решится зайти в такие дебри. Но от этого мое место всегда было приветливо и полно лестными дарами в достаточном количестве.
Но в этот раз случилось все иначе. Странное ощущение я почувствовал еще на подходе, за пару сотен метров. Туман, который обычно к этому времени рассеивался, по-прежнему слался по земле. Густая тягучая пелена будто бы прилипала к сапогам, не давая мне продвигаться вперед.
С большим трудом я все же добрался до озера и увидел испугавшую меня в первый момент картину.
На противоположной стороне озера, слегка накренившись на бок, стоял или лежал, трудно было понять наверняка, странный светящийся объект, напоминавший перевернутую чашку.
Я на минуту остолбенел, как вкопанный, и меня охватило странное чувство страха, отчего затряслись все мои поджилки.
Но спустя какое-то время я взял себя в руки и, борясь со страхом, внушил себе, что эта штука не причинит мне никакого вреда. Двигаясь вдоль берега, огибая озеро, я во что бы то ни стало решил добраться до этого объекта.
Чувство любопытства постепенно подавило чувство страха и, когда я подошел к «чашке» на сто шагов, мной владела лишь мысль поскорее узнать, что же это такое.
В этот момент озеро забурлило, и над водой показалась странная женщина с белой кожей и длинными белокурыми волосами. Одета она была в блестящую одежду, которая облегала ее, повторяя все изгибы ее стройного тела.
Когда она полностью вышла из воды, оказалось, что ростом она была как минимум на две головы выше среднего человека.
Она встряхнула волосами, и в этот момент она заметила меня.
Я не помню, как оказался на берегу. Помню лишь ее тонкие черты лица, когда она, склонившись ко мне, говорила со мной без слов, не раскрывая рта.
Вначале ее слова были не ясны, но постепенно она, будто бы черпая слова из моей головы, начала складывать из них понятные предложения.
Она расспрашивала меня о месте, где оказалась, о людях и о природе. В ответ она поделилась со мной странными видениями, которые в тот момент я не мог соотнести ни с чем известным мне до сих пор.
Я видел странные города в розовых облаках и небо с двумя лунами. Бескрайний океан и его странных обитателей. Огромные непонятные объекты в темном пространстве, несущие внутри тысячи людей.
В завершении нашего общения она странно улыбнулась и коснулась рукой моей головы, дав понять, что я могу узнать больше, если пойду с ней, но я отказался.
На этом мы расстались.
Очнулся я, сидя на берегу озера, когда солнце было уже высоко. Голова немного болела, а в теле было странное чувство легкости. Несмотря на головную боль, мне было настолько хорошо, что я еще какое-то время сидел, боявшийся пошевелиться, чтобы не спугнуть охватившее меня необычайное чувство.
В тот момент мне показалось, что я могу одной лишь мыслью дотянуться до каждого уголка в окружающем меня лесу, и могу понять бесконечный смысл самой природы и всего мира. И тогда я понял, что преображение моего сознания было ее прощальным даром.
В деревню я вернулся под вечер. Видя мое странное состояние дед Филипп, сидевший на лавочке возле своей хаты, которая стояла на опушке леса, стал расспрашивать меня. Выслушав мой рассказ о русалке, так дед Филипп назвал деву из озера, он велел мне больше никому об этом не говорить, да и вообще забыть. Но забыть о ней я так и не смог.
Дева с лесного озера будто бы разбудила мое спящее сознание. Она заставила простого деревенского паренька стремиться к чему-то новому, и на следующий год я сбежал в Москву.
В Москве я смог устроится на завод «Серп и Молот». Работая на заводе, я параллельно учился в вечерней школе рабочей молодежи. А дальше по направлению рабочего комитета завода я поступил в школу рабоче-крестьянской милиции и спустя четыре года я уже работал в Московском уголовном розыске.
Так встреча с неведомым, с котором я столкнулся на глухом лесном озере, коренным образом изменила всю мою жизнь...