Юля была красавицей. В 90-е вела криминальные новости на ТВ. Туда всегда берут красавиц, чтобы зритель не умер от передоза чернухи.
Потом, когда Юлька вышла замуж, родила дочь, телеканал обанкротился. И она нашла себе тихую гавань в качестве пресс-секретаря Роспечати.
Киоски печати тогда наряду с газетами торговали прокладками и семечками. Это была демо-версия магазина у дома. Стоишь на автобусной остановке, почитываешь выставленный за стеклом АиФ, щелкаешь семечки.
Работа Юли заключалась в том, чтобы уводить работодателя из-под удара. То почтальонка умыкнула пенсию целой улицы в ЗАТО а там пенсии на одного по 50 тыщ) и уехала на Мальдивы. То забастовка почтальонов, которым платили мизер.
Девчонки-пиарщицы вечерами собирались в Клуб пресс-секретарей. Делились кейсами как сохранить репутацию и клиентов. Чтобы не рехнуться, ходили в театр и ездили на горнолыжный курорт.
Там, на курорте, Юля с НИМ и познакомилась. И всё понеслось, как с горы! Когда ты стоишь на вершине, и в друзьях у тебя ветер, кажется, что именно ты венец этой природы. И венец своей судьбы. Олечки выруливала на лыжах фирмы Fischer в новую счастливую жизнь.
Эмиль в синем горнолыжном комбинезоне царь этой горы.
Эмиль Аркадьевич Лихтман первые деньги сделал на ломбардах. Людям не у кого было перехватить до получки. Народ шел в ломбард. Юля тоже однажды унесла в ломбард 2 золотых кольца, но потом, в день получки, выкупила обратно.
У Эмиля была и фабрика тортов. Журналисты, когда в мае публиковали налоговую декларацию г-на Лихтмана, предпринимателя и депутата, уставали считать число земельных участков и машин. Лихтман крепко стоял на земле.
За его плечами был развод. Жена Роза, которая прожила с ним всю жизнь, кроме больших отступных, выторговала какие- то ежемесячные алименты, хотя сыну было уже лет 25. Это оговаривал негласный брачный контракт. Роза, будем справедливы, приложила руку к тому, чтобы Эмиль стал царем горы, ломбардов и тортов.
Все закрутилось у Юльки и Эмочки на глазах у десятка пресс-секов. Юльку повезли на Мальдивы, в Израиль. Сделали зубы. Купили белый Мерседес.
Пресс-секи избрали Юлю председателем Союза журналистов. Эмиль спонсировал поездки журналистов 60+ в санатории и на фестивали СМИ. Никогда Союз журналистов не жил так хорошо, никто не требовал сдавать взносы.
Юля выучила еврейский календарь, понравилась эмилиевой маме. Эмиль купил для Оли не телеканал, но передачу. Такая звезда должна сиять!
Это были прекрасные 5 лет. Это была история Золушки. Между прочим, Юлька ничего у него не просила.
- Она заслужила!
- Какая же она счастливая! - говорили девчонки-пресс-секи на кухне. И завидовали. На зубок ядовитым журналисткам лучше не попадаться. Сожрут не подавятся. Но Юльку они любили. Она была такая святая простота. Мало было в ней токсичности, присущей второй древнейшей профессии.
- Сегодня ханука. Идем к маме Эмиля, - знакомила Юля приятельниц по Клубу с планами на вечер.
Вот была у Юльки ипотека, проблемный малозарабатывающий ревнивый муж, зарплата 22 тыс. рублей. А стало...общественная нагрузка в виде СЖ, горные лыжи, белый Мерседес и царь горы. И бывшая жена Эмиля Роза в виде побочки. Роза писала в соцсетях пасквили на Юльку. Но Юльку это не ранило. Она наверное и вправду была святая.
И было все гладко, славно у этой пары. Так славно, что кто-то сглазил.
Сначала Юлька пропала почти на всё лето. Потом кто-то в соцсетях попросил помолиться за здравие. "Увез в Израиль, там рак последней стадии нашли", стали обсуждать новость в соцсетях пиарщицы. А потом Эмиль привез в город дубовый гроб с рабой божией Юлией. В ней невозможно было узнать ту Юльку, которую все знали и которую любили.
В очереди ко гробу шептались:
- Всё это стволовые клетки.
-Заворотнюк вот тоже от таких уколов заболела.
- Как с такими деньгами просмотрели и довели до 4 стадии?
- Как не смогли спасти даже в Израиле?
Самая близкая подруга лишь через год после смерти призналась другой близкой подруге в том, что Юлька рассказала ей еще на заре отношений с Эмилем. Она еще тогда знала свой диагноз. И уже тогда всё было не очень хорошо.
- Юль, тебе надо лечиться! - убеждала подруга.
- Ты не понимаешь, - срывалась Юлька. - Он полюбил веселую красивую девочку. А увидит лысую, как коленка. Без бровей и ресниц. Он меня разлюбит.
И она выбрала пожить в сказке. Прописала сценарий собственной жизни, который не допускал правок.
Через два года после похорон многие узнали правду, все-таки женщины хранят тайну группами по пять человек: святая Юлька не стала лечиться сознательно. Хотя могла. Могла стать нежеланной и страшной, но остаться живой.
Эмиль поставил на кладбище некрополь и скульптуру ангела, который символизировал Юльку.
Рядом с Эмилем на годовщину смерти на кладбище стояла незнакомая пиарщицам девица. Как выяснили, новая пассия. Эмиль быстро утешился. Учредил конкурс СМИ имени Юльки и уехал жить с новой пассией в Испанию.