Часто можно услышать фразу: «По крайней мере, поезда ходили по расписанию при Муссолини». Произносящие ее обычно пытаются показать, что даже у жестоких диктаторов бывают свои достоинства. К сожалению, они попадают в ловушку пропаганды, ведь Муссолини не обеспечил точность прихода поездов (как и не имел особых достижений).
Итальянская железнодорожная сеть пришла в плачевное состояние во время Первой мировой войны. В 1920-30-х годах ее модернизировали: электрифицировали линии, обновили подвижной состав, построили главные маршруты между Римом и Неаполем, Болоньей и Флоренцией (включая второй по длине тоннель в мире, открытый с триумфальной помпой). Однако, как пишет Питер Невилл в книге «Муссолини», многое из этого уже было начато до прихода Муссолини к власти. Его правительство просто взяло на себя заслугу за реформы предыдущих администраций.
В 1936 году американский журналист Джордж Селдес писал, что поезда больших экспрессов, которыми чаще всего пользовались туристы, обычно приходили вовремя, но на второстепенных линиях задержки были обычным делом. Другие свидетельства той эпохи показывают, что опоздания случались даже на главных маршрутах. Британская журналистка Элизабет Вискеманн отвергла «миф о пунктуальных поездах... Я ездила на многих, которые опаздывали», — писала она.
Представление о том, что поезда в Италии ходили по расписанию, в значительной степени было создано пропагандистской машиной фашистских властей. Главным приоритетом Муссолини было подчинение итальянского народа и демонстрация всему миру преимуществ фашизма над либерализмом и демократией. Пресса, радио, кино и образовательные программы работали на полную мощность, преподнося новые инициативы как "битвы" (например, осушение болот называлось "Битва за землю").
На самом деле эффективность железных дорог не была заслугой режима Муссолини. Миф о пунктуальности стал символом «эффективности» в попытке завоевать сердца и умы итальянцев. Сам Муссолини якобы сказал начальнику станции: «Мы должны отправляться строго по расписанию... Отныне всё должно работать как часы». Вскоре поползли слухи, что он превратил ветхую железнодорожную систему в предмет зависти для всего мира.
Правительство также запретило освещать в СМИ любые железнодорожные аварии и задержки, укрепляя миф о пунктуальности. Несмотря на все опровержения, этот миф оказался поразительно живучим, поскольку символизировал то, как из самых ужасных обстоятельств может родиться нечто хорошее. Что бесило Джорджа Селдеса, который с возмущением писал в 1936 году о соотечественниках, отдыхавших в Италии: когда они возвращались в США, то будто сговорившись восклицали: «Великий дуче, поезда теперь ходят по расписанию! И не важно, сколько им рассказывали о фашистском режиме, несправедливости и жестокости, они всегда повторяли одно и то же: «Но поезда-то ходят по расписанию».